Рецензия на произведение Горе от ума 9 класс (Грибоедов)

Сочинение: Горе. от ума? (критические рецензии на комедию А. С. Грибоедова)

Комедией Грибоедова «Горе от ума» восхищались, восторгались, ее хвалили, переписывали от руки. И с не меньшей энергией — бранили и ругали.

А более всего спорили о Чацком, что вполне понятно: он — глав­ный герой. Непонятно было другое: умен ли он? Или, говоря ина­че, от ума ли горе?

В январе 1825 года, отвечая на критику Павла Александровича Катенина, Грибоедов писал ему: «Ты находишь главную погреш­ность в плане: мне кажется, что он прост и ясен по цели и испол­нению; девушка сама не глупая, предпочитает дурака умному че­ловеку (не потому, чтобы ум у нас грешных был обыкновенен, нет! И в моей комедии двадцать пять глупцов на одного здравомысля­щего человека); и этот человек разумеется в противоречии с обще­ством, его окружающим, его никто не понимает, никто простить не хочет, зачем он немножко повыше прочих».
[sms]

Так смотрел на своего героя Грибоедов. А вот Александр Серге­евич Пушкин, гениальный поэт и гениальный читатель, ситуацию оценил иначе. В январе того же 1825 года он поделился с князем Петром Андреевичем Вяземским: «Чацкий совсем не умный чело­век, но Грибоедов очень умен». В другом письме, к Александру Александровичу Бестужеву, уточнил: «А знаешь ли, кто такой Чац­кий? Пылкий, благородный и добрый малый, проведший несколь­ко времени с очень умным человеком (именно с Грибоедовым) и напитавшийся его мыслями, остротами и сатирическими замеча­ниями. Все, что говорит он, очень умно. Но кому говорит он все это? Фамусову? Скалозубу? На бале московским девушкам? Мол-чалину? Это непростительно. Первый признак умного человека — с первого взгляда знать, с кем имеешь дело и не метать бисер перед Репетиловым и тому подобным».

Более резко высказался рассердившийся на Грибоедова за его комедию «Московский старожил» Михаил Александрович Дмит­риев: «Господин Грибоедов хотел представить умного и образован­ного человека. Но мы видим в Чацком человека, который злосло­вит и говорит все, что ни придет в голову. Чацкий есть не что иное, как сумасброд, который находится в обществе людей совсем не глупых, но необразованных и который умничает перед ними, по­тому что считает себя умнее. Чацкий, который должен быть ум­нейшим лицом пьесы, представлен менее всех рассудительным»

С Дмитриевым не согласился Орест Михайлович Сомов, ибо считал, что Грибоедов «представил в лице Чацкого умного, пыл­кого и доброго молодого человека, но не совсем свободного от сла­бостей: в нем их две — заносчивость и нетерпеливость».

Белинский разругал и Грибоедова, и его героя — Чацкого: «Это просто крикун, фразер, идеальный шут, на каждом шагу профани­рующий все святое, о котором говорит. Неужели войти в общество и начать всех ругать в глаза дураками и скотами значит быть глу­боким человеком? Это новый Дон-Кихот, мальчик на палочке вер­хом, который воображает, что сидит на лошади».

Глубоко оценил эту комедию кто-то (здесь должно сказать о совпадении взглядов Белинского и Михаила Дмитриева), сказав­ший, что это горе, — только не от ума, а от умничанья. Мы ясно видим, что поэт не шутя хотел изобразить в Чацком глубокое противоречие человека с обществом, и вышло Бог знает что?» Позже взгляды Белинского стали меняться — «от порицания к вос­хищению».

С восхищением или, точнее, с явной симпатией писал о Чац­ком Аполлон Александрович Григорьев. Он впервые в русской ли­тературе сблизил героя комедии с декабристами. Декабристом счи­тал Чацкого и Федор Михайлович Достоевский, правда, в отличие от Герцена, выводы из этого делал другие: «Чацкий — декабрист. Вся его идея в отрицании прежнего недавнего, наивного поклон­ничества. Европы все нюхнули и новые манеры понравились. Именно только манеры, потому что сущность поклонничества и раболепия в Европе та же», — отметил Достоевский, размышляя об оторванности Чацкого от основ русской жизни.

Трудно сказать, в какой мере соответствуют взглядам Достоев­ского слова героя «Весов» Шатова, но в подготовительных мате­риалах к роману в его уста вложена оценка в своем роде единствен­ная: «Чацкий не понимал, как ограниченный дурак, до какой сте­пени он сам глуп».

Эти суждения долгое время хранились в бумагах Достоевского и, естественно, долгое время не были известны.

Между тем, в мартовской книжке «Вестника Европы» за 1872 год появилась знаменитая, теперь признанная классической, статья Ивана Александровича Гончарова «Мильон терзаний».

В высоком уме Чацкого Гончаров не сомневался, скорее наобо­рот: «Чацкий какличность, — читаем в статье, — несравненно выше и умнее Онегина и лермонтовского Печорина».[/sms]

Рецензии на книгу «Горе от ума» Александр Грибоедов

Есть такая хохма про высоко образованного во всем, кроме английской литературы, канадца, который волею судеб прочёл “Гамлета” на пятидесятом году жизни. Прочёл и воскликнул: “Не пойму, чем все так восторгаются! Это же набор ходячих цитат!”
Когда я первый раз читала “Горе от ума”, то с благоговейным страхом поняла, что мы все – все! – говорим на языке Грибоедова, и если горе – то непременно от ума:

Счастливые часов не наблюдают
Что за комиссия, Создатель.
Герой не моего романа
Собрать все книги бы да сжечь!!
Другой найдётся благонравный
Свежо предание, да верится с трудом
Шёл в комнату, попал в другую
. и крепко на руку нечист.
Блажен, кто верует, тепло ему на свете!
. числом поболее, ценою подешевле.
Мой муж – прелестный муж.
Грех не беда, молва нехороша.
Я езжу к женщинам, но только не за этим.
Пожар способствовал ей много к украшенью.

Конечно, трудно иногда не повторить за Буниным – не верю, дескать, что Чацкий, много разговаривающий с дураками и любящий дуру, есть умный человек. Но в двадцать лет кто семнадцатилетнюю дуру не любил, кто с дураками не рассусоливал! Мы же мыслим этими фразами почти два века, Господи, ничего, ничего не изменилось, по-прежнему:

Минуй нас пуще всех печалей
И барский гнев, и барская любовь.

Перечитывать, слушать, в театре смотреть. Ничего не изменилось.

С огромным удовольствием перечитала Грибоедова. “Горе от ума” – это одно из очень немногих произведений школьной программы, которые впечатлили меня еще в школьное время, а не при перечитывании впоследствии. Мне вообще кажется, что это произведение действительно можно читать и в подростковом возрасте и при этом понять, принять и полюбить его в отличии от многих других, которыми “пичкают” на школьной скамье, когда человек еще не готов воспринимать такие серьезные и глубокие вещи. Почему же понятен Грибоедов и так понравился мне еще в 9-м классе? Теперь, перечитав, я это понимаю. Ведь Чацкий своим менталитетом, своим поведением очень похож на подростков-максималистов. Он и его личные проблемы особенно близки именно подросткам, которые чувствуют себя потерянными, не принятыми и не понятыми в этом мире, хотя сама проблематика произведения не устареет никогда и будет близка любому обществу на любом этапе развития. Особенно нашему. Всегда будут Молчалины, Чацкие, Скалозубы. Никуда от этого не деться. Поэтому-то “Горе от ума” можно перечитывать бесконечное число раз. Я уже не говорю о потрясающем языке и о том, что вся такая небольшая книга разобрана на цитаты.

Не так давно в книжном клубе у нас зашел разговор о “ненужных людях” и о том, почему Чацкого все читатели любят, в то время как Ганс Шнир, клоун Бёлля (“Глазами клоуна”) вызвал у многих столь неприятные эмоции. Ведь они во многом похожи! Также не принимают все несовершенства этого мира, этого общества, не могут найти своего места в мире. Все это действительно так, они похожи. Вот только Грибоедов не заставляет нас погружаться в голову Чацкого и читать все его мысли, в то время как от желчного и противного Шнира на всем протяжении книги ну просто некуда деться. Чацкий промелькнул яркой вспышкой и ушел, растворился, а мы остались размышлять об обществе и сочувствовать ему, а вот Шнир пребывал перед нашими глазами долго, даже слишком. Все успел рассказать, обо всем пожаловался. Вот подумайте, разве кто-нибудь смог бы жить замужем за Чацким, видеть его каждый день, каждый день слушать его речи? Вряд ли. Мне кажется, в конце концов сбежит также, как и Мари от Шнира. Такова судьба “ненужных людей”. Они ни с кем не уживаются, только с себе подобными.

Именно поэтому, после второго прочтения “Горя от ума” образ Чацкого показался мне двойственным. С одной стороны, он вызывает симпатию, потому что он выше этого общества, не гонится за наградами, хочет жить собственным умом. Честь и хвала тому, кто занимается самосовершенствованием. С другой же стороны, он является непримиримым борцом за справедливость, за правду, и что ему это дает? Только разочарование и обиду. В Индию – вот куда нужно ехать Чацкому после его “Карету мне, карету!”, учиться миросозерцательности и спокойствию, тогда то его ничего не будет волновать, а глупость окружающих меньше всего. Но это у меня воображение, конечно, разыгралось. Понятно, что комедийная пьеса писалась не для того, чтобы наши герои росли и менялись на глазах, а чтобы ярко, с юмором отобразить недостатки общества. И это вышло великолепно! Потому-то я и не воспринимаю героев как живых, обычных людей, а скорее как комедийные, слегка гипертрофированные образы типичных характеров. И вот только Чацкого не могу я так воспринимать. Он для меня человек со всеми его достоинствами и недостатками, из-за чего и хочется его подергать, потолкать и объяснить, в чем он не прав.

Читал я давеча тут «Горе от ума»…
Рассеялся застлавший разум мне туман –
Вдруг понял я, что в школе был баклан,
Извлёк тогда из этого творенья на стакан,
Тогда как должен был извлечь на целу бочку.
Сейчас лишь я могу поставить точку
В познаньи гениальных строчек
И отношений проволочек,
Что Грибоедов описал.

Проникнут книгой был всецело –
Ну надо ж так изобразить умело
Характеры и нравы! Между делом
Душа моя взяла контроль над телом
И в стих рецензию оборотила.
Что сочинять вдруг вдохновило?
– Грибоедовских пять килограмм тротила.
Энергия после их взрыва
Нам два столетья сердце грела.

Само собой, определённо, несомненно
Мне в паре слов не передать значенья
Сего значительного сочиненья,
Подобно бурному теченью,
Несущему в раздумий воды.
Могу заметить только: годы
Порою длятся правды роды,
И Чацкий-акушер лишь, умный, гордый,
Приносит роженице облегченье.

Болезнь непонимания

Когда в детстве и юности нам твердят об актуальности классики, вряд ли мы в наши школьные годы чудесные способны по-настоящему это понять. То ли Марьиванны плохо объясняют, то ли опыта (того самого, житейского) маловато, да только актуальность так и остаётся чем-то вроде Северного Полюса: все знают, что он есть, но так немыслимо далеко… Бывают же такие ситуации, когда вдруг сами собой возникают какие-то параллели, когда вдруг понимаешь: да ведь почти об этом самом и писал кто-то великий!
Не так давно один известный человек написал статью по поводу невесёлому и актуальному. Написал честно, искренне, так, как думал, без всякого «соцзаказа». И почему-то оказалось, что выпал из общего хора голосов, пошёл не в ногу со всеми, а как бы даже в другую сторону. И понеслось! А подать сюда Ляпкина-Тяпкина! К ответу! И, собственно, чего такое вообще сказать-то хотел, а?!
И вспомнился тут не кто-нибудь, а Александр Андреич Чацкий, успешно нами «пройденный», причём чаще всего мимо. Вот он, молодой, три года пробывший где-то заграницей (где весьма ощутимы отблески костра Французской революции), соскучившийся, появляется в доме Фамусова. Нарушает при этом все приличия – раннее утро, никто гостей в такое время не принимает. В том-то и дело – он не гость. Он свой. Он и мчится прямо с дороги к своим, а не в какой-то лагерь врагов, где надо быть во всеоружии и обдумывать каждый жест, каждое слово.
Его знаменитые монологи тоже произносятся не на заседании тайного общества, а для хорошо знакомых с детства людей, которым он верит, которых так давно знает (как ему кажется). Наверняка так пылко говорит в надежде, что его поймут, что найдутся люди, разделяющие его взгляды. Пусть не Фамусов, куда ему, человеку прошлого века, но Софья, но Молчалин?! Ведь они-то с Чацким ровесники (Софья помоложе, но ведь «ей сна нет от французских книг», девица образованная). Но нет. Нет понимания, нет взаимности ни в чём.
Лиза, служанка, которая в лучших литературных традициях часто бывает умнее, наблюдательнее многих героев пьесы, скажет одну важную фразу:

Как все московские, ваш батюшка таков…

Ключевое здесь начало: «как все» – и этим всё сказано. Попробуй быть не таким – плохо тебе будет, разорвёт стая. И ещё «московские» – уютная милая Москва с утопающими в зелени особняками отличалась какой-то своей особой патриархальностью (ну вспомните все эти лубочные «конфетки-бараночки»), клановостью, многочисленными и разветвлёнными родственными связями, что в целом составляло такой конгломерат, о который можно сломать не только зубы, но и шею.
Поначалу и Фамусов принимает Чацкого именно как своего:

Здорово, друг, здорово, брат, здорово.
Рассказывай, чай у тебя готово
Собранье важное вестей?
Садись-ка, объяви скорей.

Тут и «друг», и «брат» – наш человек, что и говорить!
Проходит какой-то час, стоило лишь Чацкому в одном из первых монологов сравнить «век нынешний и век минувший», как Фамусов приходит в ужас. И после каждой реплики молодого гостя ему становится всё хуже и хуже:

Фамусов
Ах! Боже мой! он карбонари! *
Чацкий
Нет, нынче свет уж не таков.
Фамусов
Опасный человек! (Оставлю далее реплики только Фамусова):
Что говорит! и говорит, как пишет!
* * *
Он вольность хочет проповедать!
* * *
Да он властей не признает!
* * *
Строжайше б запретил я этим господам
На выстрел подъезжать к столицам.

Дальше – больше. Чем пространнее становятся монологи, тем сильнее раздражаются окружающие. Никто, никто не пожелал выслушать по-настоящему, попробовать вникнуть, постараться понять, что искры Франции и просто здравого смысла уже долетают, уже зажигают умы и сердца. Но нет, мы, московские, горой друг за друга, нам перемен и ваших революций на дух не надо. Да и стоит ли слушать кого-то, кого не было три года, мы его опять выживем из нашего тесного и сплочённого мирка.
Пусть он умён, но мы-то не понимаем, чего он там так долго и красиво пытается говорить. У нас тут бал, понимаешь, карты, турнюр у кого-то новый, надо обсудить… Проблемы?! Нет, у нас они, конечно, есть, но мы сами знаем, какие, вон докторша «не родила, но по расчету – по моему – должна родить». Не надо идти против нашего мнения, да ещё не спросив, что думает княгиня Марья Алексевна. Пошёл? А мы намекали… Мы ж предупреждали… А вот на тебе, получи! Распнём, затопчем, объявим сумасшедшим.
И пусть себе пойдёт

…искать по свету,
Где оскорбленному есть чувству уголок.

А знаете, грустно… Классика и впрямь актуальна. Увы.

Читайте также:  Сочинение Чацкий - передовой человек своего времени (по пьесе Горе от ума)

Герой Рунета начала 19 века.

“Я самый умный (видно из названия произведения), скромный (видно из названия произведения), честный (видно из монологов, которых всех школьников заставляют учить наизусть) и красивый (просто видно).” А.С.Грибоедов
p.s. “Вы все быдло”. А.С.Грибоедов

Для поэта главное – рано умереть. Конечно, желательно успеть до безвременной кончины что-нибудь написать. Но, если не успели, то не унывайте. Была бы яркая смерть, а стихи найдутся. Какая вам, в самом деле, уже разница. Свою бессмертную комедию (комедия, гы-гы, только это и смешно)”Горе от ума” (уж сколько раз школьники желали ей мучительной кончины, а оно все никак) уже не молодой Грибоедов (28-29 лет, это много для нашего вундеркинда) написал в Тифлисе на службе в посольстве. Похожим образом, например, тридцатью годами ранее был создан небезызвестный готический роман “Монах” британским атташе в Гааге Мэтью Грегори Льюисом. Сразу видно, что бедные дипломаты настолько изнывали от безделья, что создание литературных шедевров являлось чуть ли не единственным для них развлечением. Ничего определенного о классике готики сказать не могу, ибо абсолютно в ней не разбираюсь, но зеваю всегда конкретно, что и неудивительно – обывателю должно быть хотя бы уху-хух! (страшно хотя бы). С “Горя от ума” начал нынешний год и уверен, что и в дальнейшем ничего хорошего тоже не будет. Дочитаю “Леди Чаттерли”, выберу старого президента вместе с другими гражданами страны, но, как говорил кто-то из классиков, а может и не говорил, “если ничего хорошего не предвидится, то это еще не значит, что вы пессимист”.

Сразу же отбрасываю в сторону историческую ценность данного произведения, ибо общепризнанная классика, да еще и во все времена входившая в школьную программу, должна нести собой не что-то по поводу нашей многострадальной родины из далекого прошлого, а нечто вечное, имеющее ценность и в нынешнее время. Умением говорить правду сейчас никого не удивишь, правда она вот она, перед нами, в интернете особенно, она многолика и надоедлива. Более того – современные правдолюбцы все, как на подбор, засели в виртуальном мире и неустрашимо борются с несправедливостью, ханжеством и чинопоклонничеством. Ну, так бальзаковский Гобсек концентрировался на своем – деньги намывал, заплатив за то неустроенностью в жизни личной. Счастливая Ассоль таковою стала только после того, как дождалась богатого принца под алыми парусами. И т.д. Нет в этом мире совершенства. Так давайте не будем слишком уж строги с желающими повыступать в интернете. Где им еще это делать? Мало того, что не все они и сказать-то что-то смогут в принципе, так еще это и чревато. Реальный мир – это то, что пугает многих виртуальных борцов.

В начале 19 века интернетов не было. Ну, написал один такой борец длинный памфлет в стихотворной форме. Конечно, опубликовать не посмел бы. Это за него сделали помощники. Этот мир принадлежит помощникам, менеджерам, администрации президента. Некоторые фразы из этого памфлета затем вошли в нашу жизнь навсегда. Фразы меткие, талантливые, если бы не глупая любовная линия, то вообще ничто бы их не омрачало. Зачем, вообще, Грибоедову понадобилась вся эта чепуха о Софье, соперниках и тому подобное. Только ли, чтобы герой его еще раз прозрел, показался человеком, а не заумным долдоном? Конечно, Чацкие выступают только на страницах литературных произведений, во все иное время им страшно. Так вот, именно этот свой страх Грибоедов и спрятал за якобы любовными терзаниями, метаниями и что там еще. Нехорошо это. Конечно, и юношеский эротизм требовал хоть какого-то выхода из напыщенной благородной безысходности. Представляете мастурбирующего Грибоедова? Я нет.

Учительницы, поставьте мне двойку! Это у меня тоже фантазия такая.

Сатира-дело нужное!Помните,какой потрясающий эффект произвели в своё время сатирические куплеты в исполнении Дениски Кораблёва и Миши Слонова,вот эти вот:
“Папа у Васи силен в математике,учится папа за Васю весь год.Где это видано, где это слыхано-папа решает,а Вася сдает?!”У Грибоедова,конечно,не так смешно,как у Драгунского,но тоже ничего 🙂

“Горе от ума”,как известно,пьеса.Постановка пьесы зависит от режиссёра,от его виденья материала.Я,конечно,не режиссёр,но. представляю себе такую штуку:

Есть супергерои такие,как Бэтмен или человек-паук.Чацкий тоже супергерой,человек-фонарь.Выходит он на обсолютно тёмную сцену и начинает шарить по ней в поисках истины лучом света.Шарит,шарит и вдруг,бац-бледный луч выхватывает из темноты идиотскую рожу Скалозуба.Шарит дальше.В кружке света поочерёдно появляются то сальная улыбочка Загорецкого,то суетливая фигура старика Фамусова,то чепчик Лизаньки,
то Софьины мечты о замужестве,то непомерно раздутые надежды на сладенькую жизнь Лёши Молчалина.И вот таким макаром под просветительный луч Чацкого попадают все персонажи пьесы.Волшебный лучик света в тёмном царстве кривых физиономий.

А почему,собственно,физиономии кривые?Представьте-сидите вы в полной темноте и знать не желаете,что можно по-другому.А зачем?!Вам и так хорошо!Сидите,никого не трогаете и вдруг луч света резко так,бац,прямо в глаза.Ну как тут не скривиться?!

Известно,что Пушкин не жаловал Чацкого,отказывая несчастному правдорубу в уме.Первый
признак умного человека-знать с кем говоришь.Чацкому,по мнению Пушкина,всё равно с кем говорить и где,лишь бы высказаться.

Скудоумный высказывает презрение к ближнему своему, но разумный человек молчит (Книга притчей Соломоновых).

Чацкий выглядит двухмерной проекцией(впрочем,как и другие персонажи) не имеющей силы выползти за плоскость поставленной автором задачи.Чацкий всего лишь инструмент в руках Грибоедова,всё равно,что выдуманный мною фонарик,ну или,скажем,консервный нож,при помощи которого автор,как жестяную банку вскрывает быт и нравы московской аристократии начала 19 века.По-моему,ещё великий критик всея Руси Белинский,писал о том,что,сатира не может быть художественным произведением.Ну,не может и не
может,что ж теперь не получать удовольствие от прекрасной пьесы?!Нет,друзья,не знаю как вы,а я убеждён:сатира-дело нужное!Особенно в наши хмурые времена.

Критика о комедии “Горе от ума” Грибоедова, отзывы современников

Скалозуб и Фамусов.
Художник М. Башилов

Ниже представлена критика о комедии “Горе от ума” Грибоедова, отзывы современников о произведении.

Критика о комедии “Горе от ума” Грибоедова, отзывы современников

А. С. Пушкин:

“. Слушал Чацкого, но только один раз, и не с тем вниманием, коего он достоин. Вот что мельком успел я заметить:

Драматического писателя должно судить по законам, им самим над собою признанным. Следственно, не осуждаю ни плана, ни завязки, ни приличий комедии Грибоедова. Цель его — характеры и резкая картина нравов. В этом отношении Фамусов и Скалозуб превосходны.
Софья начертана не ясно: не то , не то московская кузина. Молчалин не довольно резко подл; не нужно ли было сделать из него и труса? старая пружина, но штатский трус в большом свете между Чацким и Скалозубом мог быть очень забавен. Les propos de bal [бальная болтовня (франц.)], сплетни, рассказ Репетилова о клобе, Загорецкий, всеми отъявленный и везде принятый — вот черты истинно комического гения. — Теперь вопрос. В комедии «Горе от ума» кто умное действующее лицо? ответ: Грибоедов. А знаешь ли, что такое Чацкий? Пылкий, благородный и добрый малый, проведший несколько времени с очень умным человеком (именно с Грибоедовым) и напитавшийся его мыслями, остротами и сатирическими замечаниями. Все, что говорит он, очень умно. Но кому говорит он все это? Фамусову? Скалозубу? На бале московским бабушкам? Молчалину? Это непростительно. Первый признак умного человека — с первого взгляду знать, с кем имеешь дело и не метать бисера перед Репетиловыми и тому подоб. Кстати, что такое Репетилов? в нем 2, 3, 10 характеров. Зачем делать его гадким? довольно, что он ветрен и глуп с таким простодушием; довольно, чтоб он признавался поминутно в своей глупости, а не мерзостях. Это смирение черезвычайно ново на театре, хоть кому из нас не случалось конфузиться, слушая ему подобных кающихся? — Между мастерскими чертами этой прелестной комедии — недоверчивость Чацкого в любви Софии к Молчалину прелестна! — и как натурально! Вот на чем должна была вертеться вся комедия, но Грибоедов, видно, не захотел — его воля. О стихах я не говорю: половина — должны войти в пословицу.

А. А. Бестужев-Марлинский:

“. комедия г. Грибоедова «Горе от ума», феномен, какого не видали мы от времен «Недоросля». Толпа характеров, обрисованных смело и резко; живая картина московских нравов, душа в чувствованиях, ум и остроумие в речах, невиданная доселе беглость и природа разговорного русского языка в стихах. Все это завлекает, поражает, приковывает внимание. Человек с сердцем не прочтет ее не смеявшись, не тронувшись до слез. Люди говорят, что в ней нет завязки, что автор не по правилам нравится; но пусть они говорят что им угодно: предрассудки рассеются, и будущее оценит достойно сию комедию и поставит ее в число первых творений народных. ”
(А. А. Бестужев-Марлинский в журнале “Полярная звезда”, 1825 г.)

М. А. Дмитриев:

“. Грибоедов хотел представить умного и образованного человека, который не нравится обществу людей необразованных. Если бы комик исполнил сию мысль, то характер Чацкого был бы занимателен, окружающие его лица – смешны, а вся картина забавна и поучительна! Но мы видим в Чацком человека, который злословит и говорит все, что ни придет в голову; естественно, что такой человек наскучит во всяком обществе, и чем общество образованнее, тем он наскучит скорее! Например, встретившись с девицей, в которую влюблен и с которой несколько лет не видался, он не находит другого разговора, кроме ругательств и насмешек над ее батюшкой, дядюшкой, тетушкой и знакомыми; потом на вопрос молодой графини, зачем он не женился в чужих краях, отвечает грубою дерзостию! Сама София говорит об нем: не человек, змея! Итак, мудрено ли, что от такого лица разбегутся и при­мут его за сумасшедшего.

Впрочем, идея сей комедии не но­вая Чацкий же, напротив, есть ничто иное, как сумасброд, который находится в обществе людей совсем не глупых, но необразованных, и который умничает перед ними, потому что считает себя умнее: следственно, все смешное —- на стороне Чацкого! Он хочет отличиться то остроумием, то каким-то бранчивым патриотизмом перед людьми, которых презирает; он презирает их, а между тем, очевидно, хотел бы, чтоб они его уважали! Словом, Чацкий, который должен быть умнейшим лицом пьесы, представлен (по крайней мере, в сценах, мне известных) менее всех рассудительным!

Прием Чацкого как путешественника есть, по моему мнению, грубая ошибка против местных нравов! . У нас всякий возвратившийся из чужих краев принимается с восхищением! Короче, г-н Грибоедов изобразил очень удачно некоторые портреты, но не совсем попал на нравы того общества, которое вздумал описывать, и не дал главному характеру надлежащей с ними противуположности!

Не говорю уже о языке сего отрывка, жестком, неровном и неправильном! Во многих местах слог совсем не разговорный, а книжный; там между русскими стихами встречаются два целые стиха французские; тут к слову histoire рифма пожара лучше попросить автора не издавать ее [прим. – комедию], пока не переменит главного характера и не исправит слога.
(М. А. Дмитриев в журнале “Вестник Европы”, 1825 г.)

О. М. Сомов:

“. Г. Грибоедов, сколько мог я постигнуть цель его, вовсе не имел намерения выставлять в Чацком лицо идеальное: зрело судя об искусстве драматическом, он знал, что существа заоблачные, образцы совершенства, нравятся нам как мечты воображения, но не оставляют в нас впечатлений долговременных и не привязывают нас к себе. Он знал, что слабость человеческая любит находить слабости в других и охотнее их извиняет, нежели терпит совершенства, служащие ей как бы укором. Для сего он представил в лице Чацкого умного, пылкого и доброго молодого человека, но не вовсе свободного от слабостей: в нем их две, и обе почти неразлучны с предполагаемым его возрастом и убеждением в преимуществе своем перед другими. Эти слабости — заносчивость и нетерпеливость. Чацкий сам очень хорошо понимает (и в этом со мною согласится всяк, кто внимательно читал комедию «Горе от ума»), что, говоря невеждам о их невежестве и предрассудках и порочным о их пороках, он только напрасно теряет речи; но в ту минуту, когда пороки и предрассудки трогают его, так сказать, за живое, он не в силах владеть своим молчанием: негодование против воли вырывается у него потоком слов, колких, но справедливых. Он уже не думает, слушают и понимают ли его, или нет: он высказал все, что у него лежало на сердце, — и ему как будто бы стало легче. Таков вообще характер людей пылких, и сей характер схвачен г. Грибоедовым с удивительною верностию. Чацкий до некоторой степени сбросил с себя иго светских приличий и говорит такие истины, которые другой, по совету Фонтенеля, сжал бы покрепче в руке.

Читайте также:  Отзыв о пьесе Горе от ума Грибоедова для читательского дневника

Г. Грибоедов, желая соблюсти в картине своей всю верность красок местных, вставил в речи некоторых чудаков французские слова и фразы. Если подлинно в них видят смесь языков французского с областным русским — то цель его достигнута.

Что касается до стихосложения, то оно таково, какого должно было желать в русской комедии и какого мы доныне не имели. Это не тощий набор звонких или плавных слов и обточенных рифм, при изыскании которых часто жертвовали или словом сильным, или даже самою мыслью. Г. Грибоедов очень помнил, что пишет не элегию, не оду, не послание, а комедию: оттого он соблюл в стихах всю живость языка разговорного; самые рифмы у него нравятся своею новостью и в чтении заставляют забывать однозвучие ямбического метра и однообразие стихов рифмованных.”
(О. М. Сомов в журнале “Сын Отечества”, 1825 г.)

А. И. Писарев:

“. Рукописная комедия «Горе от ума» произвела такой шум в журналах, какого не производили ни «Недоросль», ни «Ябеда». Что же будет, если когда-нибудь она появится в печати?

Помилуйте, неужели вы не шутя называете эти рифмы новыми? Эта новость современна нашей комедии. Рифмы — встречались — та ли-с! —конечно, новы; но, кажется, не стоило труда приискивать новую рифму на это окончание: их и без того слишком много и они слишком неприятны для слуха.

Что же касается до самой комедии, то, осуждая план, слог и недостаток цели, должно отдать справедливость некоторым удачно изображённым характерам, смешным сценам, едкости многих эпиграмм и вообще искусству рисовать миниатюры. Толпа читателей находит удовольствие при чтении этой комедии оттого, что всякую колкость хочет применять к лицам ей известным. Иной, не умея сам сказать эпиграмму, радуется, найдя в г-не Грибоедове множество готовых на всякие случаи. «Горе от ума» недостойно чрезмерных похвал одной половины литераторов и чрезмерных нападений другой половины. Впрочем, первые более виноваты: излишние похвалы их заставили строже разбирать пьесу; а верно и сам г-н Грибоедов признается, что его комедия не выдержит строгого разбора. ”
(А. И. Писарев, статья «Несколько слов о мыслях одного критика о комедии „Горе от ума”», журнал “Вестник Европы”, 1825 г.)

В. Ф. Одоевский:

“. сочинение, делающее честь нашей словесности. “Горе от ума” г. Грибоедова. Не буду говорить о том, что все русские журналы (за выключением “В. Е.”*) наполнены похвалами сей комедии. Это прекрасное произведение, конечно, не имеет нужды ни в похвалах, ни в защите от нападений г. Дмитриева*; оно, без сомнения, переживет все журнальные статейки и все возможные прологи и проч. . но не защищать его хочу; я желаю показать только предубеждение критика.
[* В. Е. – “Вестник Европы”, см выше критику Дмитриева в журнале “Вестник Европы”]
. в Чацком комик не думал представить идеала совершенства, но человека молодого, пламенного, в котором глупости других возбуждают насмешливость

. характер Чацкого он составляет совершенную противоположность с окружающими его лицами и что одна сторона оттеняет другую: что в одной видна сила характера, презрение предрассудков, благородство, возвышенность мыслей, обширность взгляда; в другой слабость духа, совершенная преданность предрассудкам, низость мыслей, тесный круг суждения

. до Грибоедова слог наших комедий был слепком слога французских; натянутые, выглаженные фразы, заключенные в шестистопных стихах, приправленные именами Милонов и Милен, заставляли почитать даже оригинальные комедии переводными; непринужденность была согнана с комической сцены; у одного г-на Грибоедова мы находим непринужденный, легкий, совершенно такой язык, каким говорят у нас в обществах, у него одного в слоге находим мы колорит русский. В сем случае нельзя доказывать теоретически; но вот практическое доказательство истины слов моих: почти все стихи комедии Грибоедова сделались пословицами, и мне часто случалось слышать в обществе целые разговоры, которых большую часть составляли – стихи из “Горя от ума”. ”
(В. Ф. Одоевский, статья «Замечания на суждения Мих. Дмитриева о комедии: „Горе от ума”», журнал “Мнемозина”, 1825 г.)

Это была избранная критика о комедии “Горе от ума” Грибоедова: отзывы современников о произведении.

Александр Сергеевич Грибоедов – Горе от ума

Жанры:Новелла Поэзия Пьеса
Характеристики:Социальное Сатирическое
Главные герои:Мужчина
Места событий:Россия Планета Земля
Время событий:Эпоха Нового времени

Случайная цитата из книги

На съездах, на больших, по праздникам приходским?

Господствует еще смешенье языков:

Французского с нижегородским? »

Описание книги «Горе от ума»

Действие пьесы происходит в России, в двадцатые годы XIX века. В дом старого московского барина Павла Афанасьевича Фамусова, управляющего в казенном месте, убежденного крепостника и яростного противника просвещения, неожиданно в возвращается его бывший воспитанник Александр Андреевич Чацкий. Он давно влюблен в дочь Фамусова Софью и ждет не дождется встречи с ней. За три года до описанных в комедии событий Чацкий, желавший исполнить свой долг перед Отечеством и честно ему служить, «обливаясь слезами», расстался с Софьей и отправился сначала в Петербург, а затем учиться за границу. Возвратившись из беспокойной Европы, охваченной революционным движением и национально-освободительной борьбой, Чацкий полон мыслей о свободе личности, равенстве и братстве. Он очень умен , и несмотря на то, что еще очень молод, уже обладает достаточно богатым жизненным опытом и прекрасно понимает, что происходит в стране. Он видит, что в Москве мало что изменилось – «дома новы, но предрассудки стары»; все то же процветающее крепостничество, лицемерие, невежество и лжепатриотизм. Война с Наполеоном закончилась и она еще на памяти у героев, но послевоенное ликование утихло. Все вернулось на «круги своя». Чацкий осознает, что в этом обществе нет для него места, единственное, что его удерживает, это любовь к Софье. Но и здесь его постигает разочарование. Он узнает, что его место в сердце возлюбленной занял секретарь Фамусова Молчалин, хитрый, лицемерный, льстивый и двуличный человек, представление которого о счастье связано лишь с удачной карьерой, положением в обществе, богатством и удачной женитьбой. Спектакль Государственного Академического Малого театра. Запись 1950 года. Постановка П. М. Садовского, Режиссер-постановщик Б. И. Никольский Исполнители: П.М. Садовский, И. А. Ликсо, С. Н. Фадеева, М. М. Садовский, М. И. Царев, Н. А. Соловьев, Е. М. Шатрова, Н. И. Рыжов, В. Н. Рыжова, Е. Д. Турчанинова, А. А. Яблочкина, Н. А. Светловидов. В остальных ролях заняты артисты театра.

«Горе от ума» – сюжет

Молодой дворянин Александр Андреевич Чацкий возвращается из-за границы к своей возлюбленной — Софье Павловне Фамусовой, которую не видел три года. Молодые люди росли вместе и с детства любили друг друга. Софья обиделась на Чацкого за то, что тот неожиданно бросил её, уехал в Санкт-Петербург и «не писал трёх слов». Чацкий приезжает в дом Фамусова с решением жениться на Софье. Вопреки его ожиданиям, Софья встречает его очень холодно. Оказывается, она влюблена в другого. Её избранник — молодой секретарь Алексей Степанович Молчалин, живущий в доме её отца. Чацкий не может понять, «кто мил» Софье. В Молчалине он видит только «жалчайшее созданье», не достойное любви Софьи Павловны, не умеющее любить пылко и самоотверженно. Кроме того, Чацкий презирает Молчалина за старание угодить каждому, за чинопочитание. Узнав, что именно такой человек покорил сердце Софьи, Чацкий разочаровывается в своей возлюбленной.

Чацкий произносит красноречивые монологи, в которых обличает московское общество (идеологом которого выступает отец Софьи Павел Афанасьевич Фамусов). Однако в обществе проходят слухи о сумасшествии Чацкого, пущенные раздосадованной Софьей. В конце пьесы Чацкий решает покинуть Москву.

В комедии соблюдены только 2 классических единства: места и времени (действие происходит в доме Фамусова в течение суток); третье единство — действия — отсутствует, в произведении 2 сюжетные линии: любовь Чацкого и противостояние Чацкого и московского общества. Основная идея трагикомедии: протест свободной личности «против гнусной российской действительности». (А. С. Грибоедов).

История

В историю русской литературы Грибоедов вошел как автор первой русской реалистической комедии «Горе от ума», хотя его перу принадлежат и другие произведения, написанные ранее (комедии «Молодые супруги», «Студент» и другие). Уже ранние пьесы Грибоедова содержали попытки соединения разных стилей с целью создания нового, но подлинно новаторским произведением стала комедия «Горе от ума», открывшая в 1825 году, вместе с трагедией «Борис Годунов» Пушкина, реалистический этап развития русской литературы. Замысел комедии возник в 1820 году (по некотором данным уже в 1816), но активная работа над текстом начинается в Тифлисе после возвращения Грибоедова из Персии. К началу 1822 года написаны первые два акта, а весной и летом 1823 года в Москве завершается первый вариант пьесы. Именно здесь писатель мог пополнить наблюдения над бытом и нравами московского дворянства, «надышаться воздухом» светских гостиных. Но и потом работа не прекращается: в 1824 году возникает новый вариант, имеющий название «Горе и нет ума» (первоначально — «Горе уму»). В 1825 году с большими цензурными сокращениями были напечатаны отрывки из I и III актов комедии, но разрешение на её постановку получить не удалось. Это не помешало широкой известности произведения, которое расходилось в списках. Один из них лицейский друг Пушкина Декабрист И. И. Пущин привез поэту в Михайловское. Комедию приняли восторженно, особенно в декабристской среде. Впервые комедия «Горе от ума» со значительными сокращениями была опубликована уже после смерти автора в 1833 году, а полностью она вышла в свет лишь в 1862 году.

Рецензия Eruselet на книгу Горе от ума

Горе от ума

Купить книгу в магазинах:

В издании приводится текст бессмертной комедии А.С.Грибоедова «Горе от ума» с постраничными комментариями и замечательными иллюстрациями Валерии Сен. Книга подготовлена с использованием современных издательских технологий, позволяющих читать пьесу «в лицах» и получать справочную информацию, не отвлекаясь от содержания великого произведения.

В защиту Чацкого

Грибоедов – недооценённая в силу разнообразных обстоятельств фигура в нашей культуре. Это именно о нём в «Путешествии в Арзрум» написал другой наш гений: «Мы ленивы и нелюбопытны…» Занятно, не правда ли: два Александра Сергеевича почти одновременно (автор «Горе от ума» всего на четыре года старше автора «Евгения Онегина») появляются в русской словесности. Два совершенно блистательных человека. Следили друг за другом ревностно, понимая творческий рост каждого, были знакомы, но на тесные отношения пойти не рискнули. Ещё одна немаловажная деталь – Пушкин по сути пренебрёг какой-либо службой, отдался полностью литературной деятельности (первым стал брать гонорары за свои писания), Грибоедов в той же коллегии иностранных дел дошёл до чина посла. Что его и убило.

«Как жаль, что Грибоедов не оставил своих записок! Написать его биографию было бы делом его друзей; но замечательные люди исчезают у нас, не оставляя по себе следов», – сокрушался тот же Пушкин. Слукавил – к тому времени Г.Булгарин попытался написать восторженные заметки о выдающемся человеке, с которым его сводила судьба. «Он был рождён быть Бонапартом или Магометом», – не поскупился на комплименты. В самом деле, толпа верит только громкости, с которой разносится то или иное имя, она не в силах признать величие того, кто живёт без этой громкости. «Люди верят только славе и не понимают, что между ими может находиться какой-нибудь Наполеон, не предводительствовавший ни одною егерскою ротою, или другой Декарт, не напечатавший ни одной строчки в «Московском телеграфе», – тот же Пушкин.

Личность Грибоедова поистине может сравняться по масштабу с деятелями эпохи Возрождения. Уже в четырнадцать лет он кандидат словесных наук. Затем успевает окончить ещё два университетских факультета – нравственно-политический и физико-математический. Он легко проявляет себя в музыкальной композиции, в игре на различных инструментах, в живописи. В семнадцать лет он становится гусаром и быстро продвигается в военной карьере. Насытившись таким положением, возвращается к статской службе. Блестяще образован, причём как с помощью преподавателей в детстве, так и благодаря собственным усилиям. Но до 1824 года, когда была окончена его знаменитая комедия, как будто бы неизвестен. Говорю «как будто бы», потому что на самом деле знали его многие, вплоть до императора, но… но люди не любят тех, кто их перегоняет. Это во-первых, и в главных. А во-вторых, разностороннему человеку всегда трудно сосредоточиться на каком-нибудь одном виде деятельности. И, наконец, сковывает сочетание творческой работы с иной службой.

И до «Горя от ума» Грибоедов написал несколько драматических произведений, все пародийного характера. Что высмеивал? Отжившие литературные правила (французскому классицизму особенно досталось с его триединством, мешающим драматургу хорошенько развернуться) и затхлые обывательские нравы, калечащие мыслящего человека. Драмы эти он показывал не многим, но те, кому показывал, не всегда реагировали позитивно, думая, что автор подтрунивает над ними. Это привело к привычке не очень-то делиться с окружающими своими настоящими мыслями, а заодно и литературными опусами. Бывший денди восемь лет смирно просидит в Грузии, изучая культуру кавказских народов.

И всё-таки «Горе от ума» появилось на публике, не исчезло в личных архивах Грибоедова. Интересно, что первый, кому он представил свой труд, был Илья Крылов. Знаменитый баснописец смеялся от души, но заметил, что в произведении есть строки, которые цензоры вряд ли пропустят, ибо они куда хлеще даже его басен. Далее комедия разошлась в списках. Пушкин познакомился с ней только в 1825 году. Впечатление его было двояким. На этом основании многие теперь горазды трубить, что солнце наше поэтическое ни саму драму, ни Чацкого не приняло. Это не так. Во-первых, Пушкин в письме к Рылееву сразу же заметил, что автора драматического произведения нужно судить по законам, им же самим созданным. Во-вторых, о Чацком он написал следующее: «В комедии «Горе от ума» кто умное действующее лицо? Ответ: Грибоедов. А знаешь ли, что такое Чацкий? Пылкий, благородный и добрый малый, проведший несколько времени с очень умным человеком (именно с Грибоедовым) и напитавшийся его мыслями, остротами и сатирическими замечаниями». И действительно, кто же ещё из персонажей близок к автору, как не Чацкий?

Читайте также:  Почему Чацкий отторгнут фамусовским обществом?

На театре у нас по отношению к главному герою комедии ныне творится что-то невообразимое, такое впечатление, что режиссёры задались целью намалевать его именно дурнее всех прочих участников действа. И опять ссылаются на Пушкина: он, де, сказал, что умные люди бисер перед свиньями не мечут, потому Чацкий – дурак. В действительности Пушкин заметил, что умные люди сразу понимают, с кем имеют дело, и не мечут бисер перед Репетиловым… И что с того? И Пушкин бывает невнимательным и субъективным: бисер перед Чацким скорее Репетилов метал. Но простим Александру Сергеевичу: он впервые комедию прослушал, а не прочитал, и заметки свои в письме к Рылееву сделал по этим «слуховым» впечатлениям.

Литературное произведение, как всякое художество, не может быть элементарным слепком с жизненных коллизий. Разумеется, в реальной жизни никто не станет говорить неприятную правду в доме, где хочет посвататься. Но у литератора нет иного выхода изложить критические замечания в адрес современников, как наделить соответствующими монологами хотя бы одного персонажа. Кстати, вот и мнение некоего Бочкова, современника Грибоедова, посмотревшего пьесу в театральном варианте: «Чацкий – поэт в обществе. Автор представляет вам, как опасно для человека с таким характером, умом, чувствительностью выражаться прямо там, где нет ушей для голой правды, а есть только ослиные для ласкательства».

Почему же комедия? Над кем здесь следует смеяться? Да над кем хотите, но над Чацким в гораздо меньшей степени, чем над другими. Русская литература в XIX веке состоялась и обогнала любую другую европейскую во многом оттого, что писатели позволили себе самостоятельно создавать правила, по которым их нужно судить, и потому все из них активно экспериментировали. В том числе и по жанровой части. И в этом помогала не в последнюю очередь ирония. Комедия у Грибоедова, да. Потому что со стороны через увеличительное стекло художества взглянешь на благородное собрание, представленное в пьесе, и посмеёшься. Хотя и с горечью.

Мещанские попытки объявить Чацкого дураком, который не понимает, что истинный ум у того, кто свято блюдёт житейские правила приличия, и произведение Грибоедова именно об этом, не выдерживают никакой серьёзной критики. Ну, кто не знает, что во все времена добропорядочные обыватели занимались тем, что плодились, копили барахлишко, хватали чины, подглядывали за соседями, дабы не отстать, удивлялись тем, кто с книжками дружен? Но им обязательно нужно гласно напоминать, что именно этим они и занимаются, иначе общество превращается в нездоровое болото, готовое объявить сумасшедшим любого, кто идёт свободной дорогой просвещённого человека.

Вам в самом деле приятен Фамусов? Вы считаете его умным? Ах, конечно, он наизусть помнит из календаря, у кого сколько душ (ожесточённый диалог с Хлёстовой перечитайте). Потакает бессловесному Молчалину, единственному неродственнику в своём ближайшем окружении. Зачем ему по-настоящему дельные, ему милы единокровные. Вот, сделал одно исключение из правила – уж больно ласкательны речи у молодца для ослиных-то ушей. И что такое дело в этом мирке? Выслуживания, доходящие до разбивания лбов. Скалозуб особенно хорош? Даже влюблённая в ничтожество Софья говорит, что слова умного от него не дождёшься. Из всего, что изложил Чацкий про гораздых на общепринятые суждения обывателей, услышал только сравнение мундиров, которого в монологе и близко нет. А Софья что такое? Заурядная молодая дурочка, томящаяся в ожидании любви и нарисовавшая себе роман с первым попавшимся – он же чаще других перед глазами мелькает, в одном доме живёт, – кавалером. Когда-то, правда, была подругой Чацкому. Видимо, по той же причине – под руку попался. Иронически Софьей (в переводе с греческого – мудрость) и названа автором. Кто-то очарован Репетиловым? Опять же, сообразно фамилии, повторяет, попугайничает за всяким, кто слывёт умником, транслирует взгляд и нечто. Однако либерал. Вам такие не попадались? Их и теперь в избытке. Шумят, братцы, шумят.

Признаемся себе честно: большинство цитат из пьесы мы запомнили благодаря речам Чацкого. «Служить бы рад – прислуживаться тошно», «А судьи кто?», «Когда дурачиться – дурачусь, когда в делах – я от веселий прячусь, а смешивать два этих ремесла есть тьма искусников, я не из их числа», «Я глупостей не чтец, особо образцовых», «Ведь нынче любят бессловесных»… Кстати, о бессловесном Молчалине. Вот вам образец не интеллекта, а хвалёного житейского разумения, которым так гордится опять же целый сонм и тех, кого легко приняли в нынешние интеллигенты. Контактны дальше некуда – даже с собакой дворника на всякий случай. Они бессловесны тоже в ироническом смысле: слов-то при социальном запросе производят кучами, но бывает ли там хоть одно самостоятельное?

Напоследок ещё про одну любопытную деталь взаимоотношений двух Александров Сергеевичей. По прочтении «Горя от ума» Пушкин прервал работу над «Евгением Онегиным» на целый год. Взялся за «Бориса Годунова». Тоже пьеса в стихах, но совсем иного рода. Комедия Грибоедова не столько в стихах, сколько в мастерски рифмованной прозе. Сделано это сознательно, чтобы не отвлекать театрального зрителя настоящей поэзией: Грибоедов владел и поэтическим пером, но полагал, что стихи всегда наполнены некоей недоговорённостью, а драма требует определённости всех реплик. Возможно, именно по этой причине так сложна судьба «Бориса Годунова» на сцене: Пушкин-поэт в какой-то мере перекрыл Пушкина-драматурга. Пьеса же Грибоедова пережила столько постановок, что не сосчитать. Но повторюсь, последние всё чаще вызывают недоумение: какими глазами читали постановщики текст автора? Или они не прочь присоединиться к Фамусову, ратующему за сожжение вредных книг?

Анализ произведения А. С. Грибоедова «Горе от ума»

Новаторство Грибоедова заключалось в том, что он создал пер­вую в России реалистическую, общественную, национальную коме­дию. Она начинается традиционно, как любовная пьеса. Грибоедов связал воедино две линии: любовную и общественную. Автор пока­зал, как из драмы личной вырастает драма общественная.

Завязкой является приезд Чацкого. Кульминацией сюжета — бал, на котором Чацкого объявляют сумасшедшим.

Далее следуют две развязки: любовной линии — когда Чац­кий узнает, что слух о его сумасшествии распространила Со­фья, и общественной линии — когда Чацкий вынужден уехать из Москвы.

В построении комедии Грибоедов отступает от традиционных канонов: пьеса состоит из четырех актов, а также нарушены три единства (места, времени и действия).

В данном произведении поставлены наиважнейшие проблемы того времени:

  1. проблема отношения к народу;
  2. проблема создания национальной культуры;
  3. проблема государственной службы. Люди передовых взгля­дов тогда демонстративно нигде не служили;
  4. проблема просвещения, образования, воспитания;
  5. проблема личности.

Главное в содержании данного произведения — это борьба двух общественно-политических лагерей: нового и старого, антикрепост­нического с крепостническим, которая получила широкое рас­пространение после Отечественной войны 1812 года. Грибоедов показал в комедии, которая первоначально называлась «Горе уму», процесс отрыва передовой части дворянства от косной сре­ды и ее борьбу со своим классом. Он смог увидеть передового героя в реальной жизни. Поэтому реализм писателя проявился прежде всего именно в выборе жизненного конфликта, который он осмыслил не в отвлеченной или аллегорической форме, как это было принято в классицизме и романтизме, а с помощью переноса в пьесу характерных признаков общественных и быто­вых явлений. Разнообразные указания на современность, которы­ми насыщено произведение, характеризуют его историзм в изоб­ражении действительности.

Действие этой комедии имеет четкие хронологические грани­цы. Например, установлено, что, упоминая комитет, требующий, чтобы «грамоте никто не знал и не учился», Чацкий говорил о реакционном Комитете, созданном правительством. Хлестова со злостью говорит о ланкастерской системе, которую декабристы применяли для обучения солдат грамоте в своих полках, ланкас­терское взаимное обучение начало развиваться в России, а де­кабристы насаждали его в своих полках. Также упоминаются про­фессора Петербургского педагогического института, обвинявши­еся в «расколах и безверьи», по выражению княгини Тугоухов­ской. Кроме того, восклицание Фамусова о Чацком: «Ах! Боже мой! Он карбонарий!» — отражает разговоры московских дворян о революционном движении итальянских патриотов, которое дос­тигло своей высшей точки в 1820-1823 годах. Все вышеперечис­ленные вопросы являются предметом горячих обсуждений персо­нажей комедии, отразивших накаленную атмосферу в дворян­ском обществе накануне 1825 года.

В «Горе от ума» впервые столкновение героев происходит на идейной почве, до этого в пьесах было только столкновение ха­рактеров, возрастов, вкусов и общественных положений. Даже ставший традиционным конфликт двух соперников, которые ста­раются добиться взаимности от героини, здесь подчинен борьбе персонажей за свое понимание смысла жизни. Молчалин тоже высказывает свое мнение о правилах поведения, чинопочитания как об общепринятых моральных нормах. Чацкий же долго и упор­но не хочет признавать его своим соперником, отказываясь ве­рить в то, что Софья способна полюбить такого человека, так как они слишком разные по интеллектуальному и нравственному раз­витию. Автор полностью разделяет позицию Чацкого, заканчивая пьесу его моральной победой над противниками.

Еще одним достижением реализма Грибоедова стали создан­ные им образы.

В Чацком воплотились черты передового человека того време­ни. Он является первым в русской реалистической литературе образом дворянского интеллигента, оторвавшегося от своей со­словной среды. Главный герой во многих своих суждениях и вы­сказываниях близок декабристам.

В своих монологах Чацкий выступал с резким осуждением по­роков современного ему общества. Например, в монологе «А судьи кто?» он обличает «негодяев знатных», меняющих своих слуг на борзых собак, сгоняющих на крепостной балет «от матерей, отцов отторженных детей», затем распродавая их поодиночке.

Чацкий оставил службу, потому что «служить бы рад, при­служиваться тошно». Кроме того, он критикует дворянское обще­ство за преклонение перед всем иностранным и за презрение к родному языку и обычаям. Главным идейным противником Чац­кого является реакционер Фамусов, который живет предрассуд- ними, а источником всякого зла на свете считает просвещение. Он является типичным московским барином-крепостником, стро­гим хозяином дома, который груб с подчиненными, но льстиво предупредителен с теми, кто выше его по положению и достатку.

Молчалин — чиновник, служащий у Фамусова, идущий пу­тем лести и низкопоклонства.

В более гротескном плане дан образ полковника Скалозуба, очень ограниченного человека, единственной мечтой которого является генеральский чин. Он представляет собой надежную опору трона и палочного режима.

Наиболее противоречивым в пьесе является образ Софьи. Она полюбила неравного себе, тем самым как бы бросив вызов домо­строевским традициям. Оказавшись обманутой в своих чувствах, она не боится осуждения окружающих ее людей. Но в то же время она еще духовно не выросла, поэтому насмешливый и независимый ум Чацкого пугает ее и приводит в лагерь его противников.

Кроме того, Грибоедов обогатил язык художественной литера­туры элементами живой разговорной речи, взятыми из общена­родного русского языка. Подобно другим русским писателям-реалистам, автор учился именно у народа выражать свои мысли и чувства ясно, кратко, точно и образно.

Речевые характеристики в данной комедии имеют очень важ­ное значение, так как в них полно и отчетливо выражено отно­шение писателя к данному действующему лицу пьесы.

Например автор наделил Хлестову такой речевой манерой, из которой возникает образ властной московской барыни-крепостни­цы с крутым нравом, не воспринимающей никаких возражений.

Репетилов с первых своих реплик показывает себя человеком болтливым, безответственным и никчемным.

Особой речевой манерой отличается Лиза — служанка в доме Фамусова. В ее разговоре элементы простонародной речи, такие как «вас кличет барышня», «больно не хитер», сочетаются со специфическими фразами, характерными для более знатного общества, вероятно, слышанными ею не раз в барском доме. Имен­но поэтому в языке у Лизы присутствуют обороты «не льщусь на интересы» и другие. Материал с сайта //iEssay.ru

В речи полковника Скалозуба много слов и оборотов из специ­фической военно-служебной терминологии, которые помогают автору еще ярче и правдоподобнее описать исправного военного человека, у которого на уме только военная служба. В то же время писатель заставляет его словами военного жаргона гово­рить о явлениях и событиях абсолютно другого смысла и содер­жания, вследствие чего достигается особый комический эффект. Например, Фамусов задает полковнику вопрос: «Как вам дово­дится Наталья Николавна?», на который Скалозуб отвечает: «Не знаю-с, виноват, мы с нею вместе не служили».

В речевой манере Софьи присутствует много галлицизмов, своеобразных «калек» французских выражений, например: «де­лить смех», «очень вижу» и многие другие. Здесь нашли свое от­ражение модные в то время литературные течения, в ее сло­вах ощущается манерность сентиментальной школы.

Лишь речь главного героя Чацкого жива, непринужденна и очень эмоциональна. Несмотря на то, что в ней тоже встречают­ся элементы разговорного просторечия, например, такие как пуще, чай, давиче, окроме, — все-таки интонационно она зву­чит совершенно в ином ключе и стилистически окрашена абсо­лютно другими красками. Это объясняется тем, что Чацкий по сущности своего характера обязательно должен был разговаривать по-другому, не так, как представители фамусовского общества, ведь он мыслит и рассуждает иначе. Мир его чувств и пережива­ний намного богаче и шире, чем его идейных противников, а это непременно должно найти отражение в речи главного героя.

Необходимо заметить, что многие крылатые выражения из комедии Грибоедова «Горе от ума» давно вошли в повседневный речевой обиход широких народных масс и стали достоянием фра­зеологического состава общенародного языка.

Ссылка на основную публикацию