Сочинение О-90 в романе Мы Замятина

Сочинение О-90 в романе Мы Замятина

Одним из персонажей фантастического произведения является О-90, представленная писателем в образе девушки, напоминавшей свой номер.

О-90 изображается в романе в виде круглой, розовой, синеглазой девушки невысокого роста, отдаленно напоминающей ребенка. По законам государства, где проживает О-90, она состоит в качестве постоянной партнерши главного героя – строительного рабочего Д-503.

Характерной чертой героини является ее безудержный инстинкт материнства и стойкое желание иметь детей. Но в соответствии с государственными правилами до достижения женщиной материнской нормы ей запрещено заводить ребенка. В случае нарушения данного правила беременной женщине грозит жестокое наказание в виде процедуры очищения Машиной Благодетеля.

В один из дней О-90 узнает о новом романе своего партнера и, искренне любя Д-503 и желая ему счастья, по собственной инициативе дает свободу Д-503. При этом О-90 озвучивает бывшему партнеру свою давнюю мечту о ребенке от него, несмотря на запрет государственной машины. Девушка отличается склонностью к романтическим и семейным ценностям и готова на многое, лишь бы родить малыша от любимого человека.

Являясь порядочным человеком, Д-503 с помощью новой возлюбленной, давшей розовый билетик, выполняет последнюю просьбу О-90. Через некоторое время девушка объявляет строителю о том, что беременна. Молодые люди понимают, что 0-90 находится в опасности, поскольку за нарушение запрета ей грозит процедура очистки Машины Благодетеля путем проведения операционных действий по уничтожению души и фантазии, называемых Великой операцией.

Бывший партнер Д-503 совместно со своей новой возлюбленной помогают О-90 оказаться вне территории единого государства, перебравшись за зеленую стену, за которой девушка может не опасаться за жизнь своего будущего долгожданного ребенка.

Повествуя о событиях в романе, писатель раскрывает вечную тему женского начала, мечтающего стать матерью и готового на многое ради спасения своего малыша. Символом надежды в счастливое будущее, несмотря на всесилие тоталитаризма, является маленький еще нерожденный человечек.

Вариант 2

С первых страниц книги читатели понимают, что персонажи Замятина особо необычны. Действия в книге разворачиваются в 26 столетии. В 26 столетии окончилась 200-летняя война, и все человечество потеряло свое «я». У людей нет имен, каждый из персонажей имеет только букву с цифрой. Люди стали идентичными и объединились в «мы», и мир стал единим государством.

Одной из неоднозначных и занятных героинь считается О-90. Героиня с таким именем является подругой строителя и инженера Д-503. Автор изображал персонажей в зависимости от их нумерации. О-90 имеет синие глаза и округлое лицо. Девушка имеет лицо, схожее с ликом ребенка. Девушка не считает удивительной схожесть с ребенком. Героиня очень хотела иметь детей, несмотря на запрет государства. По законам страны она еще не достигла определенного возраста и не сможет пока иметь ребенка. Чуть позже девушка уясняет, что инженер ее не любит и больше не хочет быть с ней. О-90 имеет романтические и семейные ценности. Она не причиняет вреда и не мешает тому человеку, который к ней охладел. Героиня готова на любые жертвы ради собственной мечты. Ее главной мечтой было желание стать матерью. И поэтому героиня просит помощи у Д-503.

О-90 узнает о своей беременности и рассказывает об этом бывшему возлюбленному. При этом девушка не хочет испортить отношения инженера с I-330. Героиня воспринимает Д-503 как отца своего малыша. Д-503 захотел ей помочь, поскольку девушку ждет процедура очистки. На тот момент страна запрещала иметь отношения и заводить семью и детей. А рожденных детей правление страны отбирало у женщин. Инженер просит помощи у своей новой девушки. Он должен переправить героиню через зеленую стену. Героиня слишком горда, чтобы принять помощь у новой пассии инженера. Но выхода нет, ради малыша О-90 готова на любые жертвы. Чуть позже она оказывается уже за стеной, где она в безопасности и может не бояться закона.

Ребенок О-90 считается символом победы над государственным правлением. При помощи героини книги автор хотел показать, что в период полного рабства и отсутствия любви люди не имеют своей индивидуальности. В таком мире человек не может быть счастливым. Сбежав, главная героиня обрела настоящую свободу. После обретения свободы она осуществила свою мечту, а именно стала матерью и подлинным человеком.

О-90 верно идет к своей мечте, переступив через собственные принципы. Девушка готова сражаться за свое счастье даже против всего мира. Роман Замятина считается своего рода антиутопией 20 столетию.

Также читают:

Картинка к сочинению О-90 в романе Мы Замятина

Популярные сегодня темы

Самара. Удивительный город. Каждый раз, выходя из дома, натыкаешься на большое скопление людей, где бы то ни было. Здесь невозможно чувствовать себя одиноким человеком. Это действительно большой город

Как-то раз горный рабочий Степан со своим другом отправились проверить траву на дальних покосах. Работали они вместе в шахте по добыче малахита. На знойном солнце их потянуло в сон. Они прилегли на траву и заснули.

Короткий рассказ Бунина представляет собой описание истории горбуна, который получает любовное письмо и весь в предвкушении готовится к свиданию. Он приобретает некоторые новые предметы для гардероба, идет к парикмахеру

Василиса Премудрая в сказке «Царевна Лягушка» предстает как символ идеальной русской женщины – кроткой, мудрой, хитрой, красивой и хозяйственной.

На протяжении всего жизненного пути мы постоянно стремимся к чему-либо. Задаёмся целью, к которой стремимся как к маяку, без которого легко потеряться в жизни. Очень важно осознать – в каком направлении надо двигаться.

Образ и характеристика О-90 в романе Мы Замятина сочинение

В произведении «Мы» очень много интересных и неоднозначных героев. Одной из таких героинь является О-90. Эта девушка является постоянной партнершей строителя Интеграла Д-503. Автор пытался описывать героев в соответствии с их нумерами. Поэтому, О-90 представляется читателю круглой девушкой, розовой, с синими глазами. По описанию, эта девушка похожа на ребенка. То, что она похожа на ребенка, не удивительно. Она очень хочет иметь детей, но государство запрещает ей испытать свой материнский инстинкт, так как по закону, она не достигла материнской нормы.

О-90 со временем понимает, что Д-503 ее разлюбил и отпускает ее. О-90 – это девушка с семейными и романтическими ценностями. Если она видит, что человек к ней охладел, она отстанет от него, чтобы не мешать его счастью. О-90 – из тех девушек, которые готовы на все ради своей мечты. А ее мечта – это иметь своего ребенка. Поэтому, она просит помощи у Д-503. Это последняя ее просьба перед ним: подарить ей нового человечка.

Узнав, что беременна, О-90 сообщает об этом Д-503, но рушить его счастье с I-330 она не хочет. Она лишь хочет сообщить об этом отцу своего ребенка. Но зная, что ее ждет беспощадная процедура очищения, Д-503 просит помочь I-330 перевести О-90 за зеленую стену. О-90 слишком гордая, чтобы просить помощи у любовницы отца ребенка. Но ради своего будущего малыша, она готова наступить на горло своей гордости и принять помощь от I-330. О-90 оказывается за зеленой стеной, где ей не грозит расправа единого государства.

Рожденный ребенок от О-90 – это символ победы над тоталитаризмом. Евгений Замятин хотел показать, что во время тотального несвободы и нелюбви, в мире, где нет индивидуальности, а имена заменены нумерами, быть счастливым человеком невозможно. Лишь убежав от этой тюрьмы, можно стать настоящим человеком, и О-90 им стала. Ее мечта осуществилась. Она стала матерью, и будущее ее ребенка в надежных руках.

Таким образом, О-90 – это милая, кругленькая девушка, которая мечтает стать матерью, несмотря на запрет единого государства. Этот человек идет к своей мечте, закрыв глаза на некоторые свои принципы. Она готова бороться за свое счастье даже тогда, когда против нее весь мир. И когда цели человека настоящие, идущие от всего сердца, то они реализуются.

Роман Евгения Замятина «Мы» является классической антиутопией, написанной в двадцатом веке. Вдохновившись именно русским антиутопистом, Джордж Оруэлл написал свой самый популярный рома «1984». Евгений Замятин стал первооткрывателем в русской антиутопичной литературе двадцатого века.

2 вариант

Как, только открыв книгу, читатель может понять, что герои в романе Евгения Замятина «Мы» довольно не обычны. Все действия, происходят в далеком будущем в 26 веке, после Великой двухсотлетней войны, где люди потеряли свою личность и свои «я». У них у всех нет имен, просто символы, буквы и цифры. Все эти циферки, показывают идентичность людей, объединяя их в одно совместно «мы». В этом мире огромное количество правил, запретов которые в нашем мире кажутся зверскими. Сам мир становиться Единым Государством.

Главный герой называется как Д-503. Он ведет некий дневник, в котором описывает события, происходящие в Едином Государстве. Все люди проживают в стеклянных домах, чтобы Хранители могли следить за всеми ними и их правонарушениями. Все люди должны следовать чуткому распорядку, который идентичен для каждого, все должны ходить строями и шеренгами. Тут запрещена сама любовь, браки, а родившие женщины не имеют никаких прав на ребенка. Как сам Д-503 писал то, что у них украли свободу и это сделало весь народ счастливым. Но не все люди имеют похожую точку зрения как у героя, многие еще противятся диктатуре Единого Государства.

Так, например женщина с кодом О-90, является сексуальной партнершей главного героя. Но, несмотря на все законы государства, она хочет стать женой и матерью своего ребенка.

Ее образ передает чувства большинства женщин, которые не способны воспитывать ребенка. Она зарегистрирована на главного героя Д-503 и на его друга поэта Р-13. Двое мужчин не ревнуют женщину друг другу, а Д-503 считает, что у них идеальные отношения, почти семейные.

Главный герой, имеет нежные чувства к О-90, но это точно не любовь. Она навивает ему чувства о детстве, о счастливых и светлых временах. В своей книжке Д-503 описывает ее как «круглой» и «розовой». Что она улыбнулась «розовой» улыбкой, протянула «розовую» руку, поцеловала его «розовыми» губами. Довольно часто во время общего времени, они просто занимаются математическими примерами. И во время этого для Д-503, О-90 кажется очень милой и доброй.

Женщина, является постоянной сексуальной партнершей, главного героя, но она не испытывает к нему, не дружеских не просто милых чувств. Она всем сердцем любит Д-503. Но вскоре наперекор ее чувств он влюбляется в мятежницу I-330, которая идет против правил Единого Государства, а сам герой, даже несмотря на, то, что поддерживает правила это мира, любит ее

Но до этого бедная О-90, сумела незаконно забеременеть и женщина всем сердцем хочет оставить себе ребенка и воспитывать самой. Поэтому она просит помощи, у мятежницы которую ненавидит, из-за чувств к Д-503. Она убегает за Зеленую стену, где Единого Государства уже нет

После она родила ребенка, как символ что даже самой страшной диктатуры можно избежать. Этот маленький человек, становиться символом свободы и победы против жестокого мира.

Сочинение 3

В данном произведении существует множество неординарных и разнообразных персонажей. Женщина, по имени 0-90 как раз и относится к данному типу личностей. Её постоянным партнёром является строитель, имя которого Д-503. Замятин старался описывать героев так, чтобы они были схожи со своим именем. 0-90 автор описывает как круглую в прямом смысле слова, розового цвета кожи, обладающей красивыми голубыми глазами. Её главным желанием является рождение и воспитание ребёнка. Однако жёсткая и тоталитарная страна запрещает ей иметь на детей. На это есть веская причина: женщина не достигла нормы материнства.

Спустя некоторое время женщине становится понятно, что Д-503 её больше не любит. Он бросает её на произвол судьбы. Девушка имеет собственные ценности, к которым относится доля романтики и семейные принципы. Как только она заметила, что мужчина её разлюбил, она не стала к нему снова навязывать свою персону. Она относится к тем, кто готов выполнить любую поставленную задачу, лишь бы добиться своего счастья. Её единственным желанием по-прежнему остаётся наличие своих детей. Она просит помочь Д-503 сделать ей ребёнка. Это последнее, о чём она просит его.

Когда девушка узнаёт о том, что она беременна, то сразу же сообщает об этом Д-503. Однако она не собирается разрушить его планы с I-330. 0-90 просто желает сказать Д-503, что теперь он является отцом. После этого Д-503 просит о помощи у I-330, чтобы та перевела 0-90 за зелёную стену. За этой стеной девушке не страшна жестокость государства. Конечно, у 0-90 имеется собственной чувство гордости и самолюбия, она не хочет, чтобы ей помогала любовница. Однако она всё же соглашается на эту единственную возможность сохранить своего ребёнка.

Новый ребёнок является символом победы на тоталитарным строем государства. Автор показывает нам, что при жестоком тоталитарном правлении, где отсутствует свобода слова, действия, нет любви, всё исключительно общественное, нереально жить счастливым и беззаботным человеком. Только скрывшись от этого неприступного мира, можно быть свободной личностью, которой впоследствии и стала 0-90.

С тех пор девушка стала матерью ребёнка, чьё будущее в крепких руках.

Образ и характеристика О-90 в романе Мы Замятина

Несколько интересных сочинений

В самом начале романа «Обломов» мы узнаем о том, что главный герой Илья Ильич на протяжении нескольких лет уже нигде не служит и все дни проводит дома. За это время его поведение стало настолько пассивным

Игра света в этом произведении поражает своей уникальной красотой. Сказочное ночное море с зеленым оттенком и полуосвещенное небо с яркой луной радуют глаз

Читайте также:  Сочинение Образ Русской земли в Слове о полку Игореве (образ Руси) 9 класс

Произведение является одной из частей прозаического сборника писателя под названием «Записки охотника», в качестве основной темы рассматривающего русскую жизнь в разрезе отношения человека к родной земле.

Пьеса Александра Вампилова «Прошлым летом в Чулимске» – одна из последних работ автора.

Столкновение разных поколений, разных взглядов-проблема, которая никогда не перестанет быть актуальной. Самым ярким примером является роман Ивана Сергеевича Тургенева «Отцы и дети». В данном произведении И. С. Тургенев мастерски раскрывает

Женские образы в романе (I-330, O-90, Ю)

Еще в 1920-е годы современниками Е. Замятина было замечено, что женские персонажи писателю особенно удаются. Как утверждал критик А. Воронский, «лиризм Замятина особый. Женственный. Он всегда в мелочах, в еле уловимом… Может быть, от этого у Замятина так хорошо, интимно и нежно удаются женские типы: они у него все особенные, не похожие друг на друга, и в лучших из них, любимых автором, трепещет это маленькое, солнечное, дорогое, памятное, что едва улавливается ухом, но ощущается всем существом» 6 . Знание Е. Замятиным женской психологии, понимание женской души (не такое уж распространенное явление среди писателей-мужчин) побуждает вспомнить А. Пушкина, Л. Толстого, А. Чехова, их любимых героинь.

В целом герои-мужчины в романе “Мы” более рационалистичны, прямолинейны, обладают менее стойким характером, им свойственна рефлексия, колебания. В своем понимании различий мужского и женского начала Е. Замятин был близок русскому философу Н. Бердяеву, который писал о мужском и женском началах: «Женщина более связана с душой мира, с первичными стихиями, и через женщину мужчина приобщается к ним. Мужская культура слишком рационалистична, слишком далеко ушла от непосредственных тайн космической жизни, и возвращается к ним она через женщину» 7 .

Эту особенную тайну мы явственно ощущаем в женских персонажах романа — в образах I-330 и О-90, — ярких, неповторимых, запоминающихся, и этому запоминанию нисколько не мешает отсутствие у них традиционных женских имен. Такова сила авторской фантазии и авторского мастерства. Ведь нередко бывает так в произведениях многих авторов, что у женских персонажей есть и имя-фамилия, и внешность вроде бы выписана, и характер довольно определенный, но отличить их друг от друга трудно и запомнить невозможно. Замятин же всегда живописен, пластичен, умеет выбрать немногие, но характерные для героини черты, которые и делают облик зримым.

Именно I-330 и О-90 — сильные характеры, — не колеблясь, противостоят Единому Государству в отличие от рефлексирующих мужских нумеров, при том, что обе героини — совершенно разные по психологии, внешности, жизненным целям.

О-90. Ее внешний портрет «повторяет» ее имя:

Милая О! — мне всегда это казалось — что она похожа на свое имя: сантиметров на 10 ниже Материнской Нормы — и оттого вся кругло обточенная, и розовое О — рот — раскрыт навстречу каждому моему слову. И еще: круглая, пухлая складочка на запястье руки — такие бывают у детей.

При существующей в Едином Государстве «науке детоводства» О-90 не может стать матерью, иметь ребенка — она ниже Материнской Нормы на десять сантиметров. Но отлучение от материнского долга О-90 осознает как трагедию. Символичен и здесь выбор «имен». Имя О-90 выбрано прежде всего по принципу графическому: носительница этого имени-нумера спокойна, округла, действует на героя успокаивающе с ее милыми пустяками, с ее голосом, секундная стрелка которого опережает минутную — скорость мысли. Ее постоянный отличительный цвет — розовый. «О-90 — носительница постоянного замятинского розового цвета женственности, материнства и детскости. Символично уже ее имя. Буква “О” — древнейшая в мире буква. Она более 2000 лет не изменяет своей формы и как нельзя подходяще выбрана Замятиным для знакового обозначения Вечной Женственности» 8 .

Особую гармонию ее образ приобретает во время ожидания ею ребенка, о чем она так долго просила Д-503:

Вся она была как-то по-особенному, законченно, упруго кругла. Руки и чаши грудей, и все ее тело, такое мне знакомое, круглилось и натягивало юнифу: вот сейчас прорвет тонкую материю — и наружу, на солнце, на свет. Мне представляется: там, в зеленых дебрях [в мире за Зеленой Стеной. — В. К.], весною так же упрямо пробиваются сквозь землю ростки — чтобы скорее выбросить ветки, листья, скорее цвести.

В портрете О-90 также фиксируются руки, вернее, «детская складочка на руке», которая напоминает «складочку на руке» ребенка. Эта деталь свидетельствует о наивности, непосредственности, естественности этого персонажа. Упоминаются и глаза О-90: «круглые синие глаза», «синие окна внутрь», глаза ясные и доверчивые. У О-90 — «крепкое кольцо розовых рук», «розовая» улыбка… Репрезентативной ее портретной деталью становится округлость, выраженная зримо в ее «имени» (О-90), и «розовый круг рта»: «И к изумлению своему увидел: розовый круг рта — сложился в розовый полумесяц, рожками книзу — как от кислого». Вид готовой заплакать О передается следующим образом: «Розовый полумесяц дрожал», «R — брызнул фонтаном, О — розово, кругло смеялась»; «О взглянула на R; ясно, кругло взглянула на меня, щеки чуть-чуть окрасились нежным, волнующим цветом наших талонов».

Со смертью главных героев романа жить остается О-90, в которой зародилась новая жизнь. О-90 уходит за Зеленую Стену, в мир естественной природы, ее будущее полно неясностей, поскольку гарантированного безоблачного счастья этот мир не сулит, но на нее и ее ребенка — будущее человечество — возлагает надежды автор и мы, читатели. В этом смысле роман заканчивается открытым финалом — прославлением Вечной Женственности. В этом «синтетическом», неореалистическом (как говорил Е. Замятин) образе соединяется реалистическое и символическое начало. Причем символика является довольно прозрачной и также укорененной в христианской символике — в образе Матери и Младенца. И уже одно то, что О-90 решилась на подвиг материнства, является возможным залогом спасения человечества.

I-330. Совсем другая и по внешнему облику, и по характеру: «тонкая, резкая, упрямо-гибкая, как хлыст». Латинское I (не русское «и») в зрительном плане представляет эту элегантность, угловатость, стойкость (стойкий, сильный характер), резкость I-330, что усиливается и такой деталью, как «острые белые зубы». В то же время при произнесении гласный звук [i] звучит по-женски мягко и нежно, как бы нейтрализуя графическую резкость буквы I (к цифровой символике в «имени» обратимся позднее). Вспомним слова Е. Замятина о том, что если представить зримо облик персонажа, то предсказуемы и его поступки в произведении.

В терминологии Е. Замятина героиня — еретичка, бунтарка, революционерка. Она находится среди заговорщиков, цель которых — захватить строящийся космический корабль «Интеграл». Под ее влиянием и Д-503 перестает быть добросовестным винтиком государственной машины.

Все в I-330 являет собой вызов Единому Государству — установленному порядку, стандарту, унифицированному миру. Ее фантазии в одежде воспринимаются как своеволие, как вызов, свидетельствуют об осознании личностного начала. Героиня будоражит воображение Д-503, пробуждает в нем способность любить, думать, сомневаться. Переодевания I-330 играют важную роль в романе. Вот какой (не в юнифе) видит ее Д-503 во время одной из первых встреч: она «была в коротком, старинном ярко-желтом платье, черной шляпе, черных чулках. Платье легкого шелка — мне было ясно видно: чулки очень длинные, гораздо выше колен, — и открытая шея…» Столкновение черного и желтого — это классическое обозначение тревожности, драматичности ситуации, необходимости перемен (вспомним желтые цветы и черное пальто Маргариты в «Мастере и Маргарите» перед встречей с Мастером).

И еще несколько примеров необычности одежды I-330: «Я обернулся. Она была в легком, шафранно-желтом, древнего образца платье. Это было в тысячу раз злее, чем если бы она была без всего. Две острые точки — сквозь тонкую ткань, тлеющие розовым — два угля сквозь пепел. Два нежно-круглых колена…» Розовый цвет и здесь является предвестием любви, это цвет женственности и нежности. Но и розовый цвет, как и синий, профанируется в Едином Государстве: розовыми являются сексуальные талоны. Желтый цвет, раздражающий, служит вызовом, демонстрацией непокорности I-330. Перемена одежды становится знаковой, она является предощущением развивающегося впоследствии идеологического противостояния Единому Государству: «Она была в фантастическом костюме древней эпохи: плотно облегающее черное платье, остро подчеркнуто белое открытых плечей и груди и эта теплая, колыхающаяся от дыхания тень между… и ослепительные, почти злые зубы». Торжественно-траурное сочетание черного и белого цветов в одежде I-330 является здесь также предвестием той роли, которую она сыграла в жизни Д-503, и ее собственной трагической смерти.

Имя и нумер I-330, возможно, указывает на возраст Христа в момент его жертвенного подвига, умноженный на 10. В этом факте, видимо, содержится указание на удесятеренные страдания, которые приходится перенести ей — женщине, также приносящей себя в жертву в искупление грехов других нумеров Единого Государства. Такое прочтение образа подкрепляется прозрачной по смыслу деталью, которая повторяется трижды, — упоминанием о кресте в описании героини романа:

И я увидел странное сочетание: высоко вздернутые у висков темные брови — насмешливый острый треугольник, обращенный вершиною вверх — две глубокие морщинки, от носа к углам рта. И эти два треугольника как-то противоречили один другому, клали на все лицо этот неприятный, раздражающий Х — как крест: перечеркнутое крестом лицо.

I подняла голову, оперлась на локоть. По углам губ — две длинные, резкие линии — и темный угол поднятых бровей: крест.

Я молча смотрел на ее лицо: на нем сейчас особенно явственно — темный крест.

«Раздражающий “Х”» прочитывается и как «икс» — символ неизвестного для Д-503, и как крест, что подтверждает последующая гибель I-330.

Эта трагическая символика романа делает возможным следующий вывод в связи с образом I-330: «По Замятину, еретический дух — это божественный дух. Он знает, видит и говорит сегодня о том, что будет завтра. I-330 — больше, чем революционерка. Она — Мессия, Мировая душа, призванная спасти земной мир и духовно обновить человечество. Ее образ близок к образу Иисуса Христа. Имя I означает “Иисус”, цифра “33” — указывает на возраст Христа, “перечеркнутое крестом лицо” — символизирует обреченность и готовность нести свой крест всю жизнь» 9 .

Знаком безгрешности, чистоты I-330 после ее смерти-«распятия» является «химически чистая вода» — единственное, что осталось после того, как несгибаемая героиня была уничтожена. При испытании «Интеграла» погибло десять нумеров, но от них остались лишь «сажа и крошки».

Е. Замятин использует в своем романе и русские, и английские литеры, что придает интернациональный характер персонажам и выводит проблематику произведения за рамки только советской истории XX века. По-английски «I» означает «я», что говорит о полной противоположности героини, обладающей яркой индивидуальностью, заглавию романа, идее безличностного тоталитарного государства 10 .

Ю. В своем повествовании Д-503 не называет цифр Ю, чтобы «не написать о ней чего-нибудь плохого. Хотя, в сущности, это — очень почтенная пожилая женщина». Какие это цифры, которые боится назвать Д-503, остается только гадать, но, очевидно, цифры обладали каким-то значением для повествователя, как и все числа в романе. В портрете Ю, женщины-«контролерши», тоже присутствует розовый цвет, но он соединяется с тревожным коричневым, как бы предупреждая о последующем предательстве. В ее облике выделяются и многократно повторяются обвисшие щеки, похожие на розовые жабры рыбы:

Единственное, что мне в ней не нравится, — это то, что щеки у ней несколько обвисли, как рыбьи жабры (казалось бы: что тут такого?).

Протягивая мне сучковатой рукой письмо — Ю вздохнула. Здесь — второй вздох, настолько явно, двумя чертами подчеркнутый, что я оторвался от конверта — и увидел: между жабер, сквозь стыдливые жалюзи спущенных глаз — нежная, обволакивающая, ослепляющая улыбка.

И когда в комнате у меня появились знакомые коричневато-розовые жабры — я был очень рад, говорю чистосердечно.

Привносимая с коричневым цветом тревога в дальнейшем оправдывается — Ю предала главного героя, заговорщиков МЕФИ. Замечено, что «повторяющаяся деталь у Замятина иногда достигает такой степени художественной выразительности, что способна напрямую, как зеркало, отражать внутреннюю сущность действующего лица» 11 . Упоминаемые многократно «коричневато-розовые жабры» Ю характеризуют ее как обладательницу холодной крови, «реконструируют» этот женский нумер в восприятии читателя в нужном автору направлении, и этот пример является убедительной демонстрацией косвенного психологизма Е. Замятина в романе.

Читайте также другие статьи по творчеству Е.И. Замятина и анализу романа “Мы”:

Анализ «Мы» Замятин

В произведении Замятина “Мы”, которое называют антиутопией, нарисован мир: абсурдный, но ужасающе похожий на тот, в котором мы живём. Писатель затронул не только проблематику большевистской политики, но и поглощения техническим прогрессом духовной стороны жизни. В произведении “Мы” анализ романа позволяет сделать вывод, что он по-прежнему актуален и абсолютно оригинален. Полный анализ произведения, который вы сможете найти в нашей статье, будет полезен учащимся 11 класса для подготовки к уроку литературы, тестированию или творческим работам.

Краткий анализ

Перед прочтением данного анализа рекомендуем ознакомиться с самим произведением Мы.

Год написания – 1920 год.

История создания – Роман написан после революции, а опубликован в России в 1988 году.

Тема – жизнь людей в условиях тоталитарного общества.

Композиция – произведение написано в форме конспекта инженера Д-503, 40 записей, которые прослеживают “оживание” человека и последующую “ампутацию” его души.

Жанр – роман-антиутопия с элементами сатиры.

Направление – неореализм. Элементы фантастики следует рассматривать как художественную составляющую, не влияющую на жанр и направление.

Читайте также:  План рассказа Девочка на шаре Драгунский 3 класс

История создания

После возвращения из Англии во время гражданской войны Евгений Замятин создаёт свой шедевральный роман. Глядя в далёкое будущее, писатель увидел и “напророчил” многие вещи, которые стали реальными совсем недавно. Его расчёт оказался верным, а творческий потенциал – удивительно самобытным. Прекрасно понимая, что в России ему не стоит пытаться напечатать своё произведение, Замятин отдаёт его на публикацию за границу. В 1923 году роман был напечатан в Нью-Йорке на английском языке, а в 1952 – на русском, там же, где и впервые.

Слава писателя дошла до родины, но суть романа была искажена. В 1929 году на Евгения Замятина обрушился шквал литературной критики, обвиняющей его в искажении действительности, начались притеснения, травля: жизнь и творчество в России стало невозможным. Писатель обращался с И. В. Сталину с письменной форме, однако был вынужден уехать за границу.

Непринятие и вражеская интерпретация существующей политической системы – совсем не то, что хотел донести автор до читателя. Социализм не был чужд Замятину, скорее – напротив. Но жёсткие перегибы, нездоровые тенденции, которые могли в будущем стать катастрофой для духовности страны и отдельной личности, Евгений Замятин рассмотрел ещё в зародыше. Не секрет, что многие писатели, которые погружались в мир будущего, оказались предсказателями, особенно свойственно это было для автора “Мы”, учитывая его образование и профессиональную деятельность. За спиной уже опытного писателя был политехнический институт (факультет кораблестроения) и работа за границей в качестве инженера. На замысел романа оказали влияние впечатления из поездки и жизни в Англии. Евгений Замятин считал, что настоящая литература, как и всякое другое искусство, может существовать только там, где есть полная свобода, “бунтари, отшельники, мечтатели”.

Посмотрите, что еще у нас есть:

Антиутопия поднимает ряд проблем, которые неминуемо грозят человечеству: потеря индивидуальности, духовности, обезличивание, общая универсализация. Смысл названия романа является ярким сигнальным стилистическим приёмом: нет людей, характеров, эмоций, есть общее, пустое, безликое “мы”.

Имеется в виду жизнь человека в условиях тоталитарного общества: образ всевидящего Благодетеля вызывает страх. По прошествии 1000 лет с момента последней революции на земле осталось только 2 процента населения, это те, кто выжил после войны между городом и деревней. Символично, что их отделяет Великая стена (очень прозрачная параллель с ситуацией в России во время правления Сталина) от другого дикого, опасного мира. Изображение Единого государства – точная копия политики тоталитаризма, которая стремилась контролировать все сферы жизни людей, даже семью. В своей жёсткой искромётной сатире Замятин дошёл до грани, придумав отсутствие любви, розовые билеты, право человека обладать другим человеком, если возникло желание близости. Таким образом, Единое государство уничтожает всякую привязанность, семейность, ревность и другие пагубные понятия прошлого. Одинаковые квартиры, стеклянные стены, униформа, прогулки строем – ужасающая аллегория, которая так близка к действительности, завуалированной под счастливую жизнь.

Композиция

Действие романа начинается весной. Тон записей рабочего довольный и восторженный: он видит свой мир идеальным, ничто не омрачает его восприятия реальности. События романа заканчиваются осенью, в пору грусти, тоски и угасания всего живого.

Произведение написано в форме конспекта, дневниковых записей инженера – нумера Д-503 от первого лица. 40 дневниковых записей, которые становятся удивительной историей с печальным финалом – вот структура и основа композиции.

Идеология, история и “мудрая политика” Благодетеля – вот то, что составляет большую часть произведения. Логические выводы главного героя, его стремительно меняющаяся жизнь – то, что подаётся через призму, принятых в обществе будущего, норм, становится содержанием дневниковых записей. Изначально они были написаны, чтобы возвеличить идеальную реальность Единого государства, но у Д-503 начинает появляться душа. Это считается заболеванием, но поддаётся лечению в идеальном мире будущего.

“Мы” – роман-антиутопия с элементами сатиры. Антиутопиями называют не те произведения, которые конфликтуют с существующим строем, а своеобразное социальное предвидение. Писатель заглядывает в будущее и делает неутешительный прогноз. Для Замятина, человека с “математическим” мышлением, это было достаточно просто, даже очевидно.

Антиутопия – всегда ответ на утопию, в нашем случае на счастливое будущее, которое обещал людям новый политический строй. Нужно отметить, что роман “Мы” повлиял на творчество ряда зарубежных писателей. Сыграло роль то, что он был опубликован на английском языке за границей. Произведение в смысловом и художественном плане – масштабное, грандиозное и необычайно оригинальное.

7 секретов романа «Мы»

Портрет Пушкина, волосатые руки главного героя и другие детали, помогающие понять, что имел в виду Замятин

1. Тайна места действия

В романе Евгения Замятина ни разу не говорится прямо, на территории какой страны разворачивается сюжет произведения, — сообщается только, что после давней Двухсотлетней Войны Единое Государство, где живет главный герой Д-503, оградили Зеленой Стеною, выход за которую жителям Государства строго запрещен. Однако в «Записи 6-й» романа рассказывается, как Д-503 и его будущая возлюбленная I-330 посещают Древний Дом и там, в одной из некогда обитаемых квартир, Д-503 видит чудом сохранившийся портрет:

«С полочки на стене прямо в лицо мне чуть приметно улыбалась курносая асимметрическая физиономия из древних поэтов (кажется, Пушкина)».

В отличие от Достоевского, Толстого и Чехова, Пушкин не был известен за пре­делами России настолько, чтобы пришло в голову поставить на полочку его изображение (возможно, подразумевается копия портрета Пуш­кина работы Константина Сомова 1899 года: на нем поэт улыбается и смотрит зрителю прямо в лицо). Таким образом Замятин ненавязчиво намекает внима­тельному читателю: действие его романа «Мы» разворачивается на территории бывшей (советской) России.

2. Тайна «бесконечных ассирийских рядов»

В финале «Записи 22-й» Д-503 с энтузиазмом рассказывает о том, что он чув­ствует себя встроенным в «бесконечные, ассирийские ряды» граждан Единого Государства. До этого мотив Ассирии дважды встречается в зачине той же записи:

«Мы шли так, как всегда, т. е. так, как изображены воины на ассирий­ских памятниках: тысяча голов — две слитных, интегральных ноги, две интегральных, в размахе, руки. В конце проспекта — там, где грозно гудела аккумуляторная башня, — навстречу нам четырехугольник: по бокам, впереди, сзади — стража…»

И чуть далее: «Мы мерно, ассирийски шли…» Для чего Замятину понадобилось акцентировать внимание читателя именно на ассирийском происхождении того «четырехугольника», которым движутся по городу граж­дане? Для того чтобы провести параллель между глубокой древностью чело­вечества и его возможным нерадужным будущим. Новоассирийская держава (750–620 годы до н. э.) считается первой империей в истории человечества. Ее власти подавляли врагов с помощью идеально организованного войска, в котором, как и в Государстве из романа Замятина, культивировалась красота геометрического единообразия. Было введено единообразное вооружение, а воины делились на так называемые кисиры (отряды). Каждый кисир насчи­тывал от 500 до 2000 человек, разбитых по пятидесяткам, в свою очередь состоявшим из десяток.

3. Тайна сексуальной привлекательности героя

Невозможно не обратить внимания на то обстоятельство, что все женщины, о которых хоть подробно рассказывается в романе (I-330, О-90 и Ю), выделяют Д-503 среди остальных мужчин, а говоря точнее, испытывают к нему эротическое влечение. В чем секрет привлекательности героя романа? В том, что он невольно выделяется из дистиллированного Единого Государства своим мужским, животным магнетизмом, материальным воплощением кото­рого в романе становятся волосатые руки Д-503. Этот мотив встречается в про­изведении Замятина трижды. В «Записи 2-й» герой характеризует свои руки как «обезьяньи» и признается:

«Терпеть не могу, когда смотрят на мои руки: все в волосах, лохматые — нелепый атавизм».

В «Записи 22-й» эта метафора прямо расшифровывается:

«Я чувствовал на себе тысячи округленных от ужаса глаз, но это только давало еще больше отчаянно-веселой силы тому дикому, воло­саторукому, что вырвался из меня, и он бежал все быстрее».

А в «Записи 28-й» Д-503 с трудом удается удержать в себе другого человека — «с трясущимися волосатыми кулаками». Чуть дальше в этой же записи особое внимание к рукам героя проявляет I-330, раскрывая секрет магнетизма Д-503. Оказывается, он потомок диких и свободных людей — людей из-за Зеленой Стены:

«Она медленно поднимала вверх, к свету, мою руку — мою волосатую руку, которую я так ненавидел. Я хотел выдернуть, но она держала крепко.
— Твоя рука… Ведь ты не знаешь — и немногие это знают, что жен­щинам отсюда, из города, случалось любить тех. И в тебе, наверное, есть несколько капель солнечной, лесной крови».

Уже после Д-503 и явно по его следам собственную индивидуальность через свою сексуальность будет обретать герой романа Джорджа Оруэлла «1984».

4. Тайна стиля

Юрий Николаевич Тынянов описывает «принцип стиля» этого произведения следующим образом: «…экономный образ вместо вещи… …Все замкнуто, расчислено, взвешено линейно». А другой великий филолог, Михаил Леонович Гаспаров, определил стиль романа «Мы» как «геометрически-проволочный». На самом деле в произведении Замятина наблюдается эволюция стиля, кото­рую можно разбить на три этапа. Первый этап («геометрически-проволочный» стиль) — это начало романа, когда герой ощущает себя частью многомиллион­ного «мы»:

«Я люблю — уверен, не ошибусь, если скажу: мы любим — только такое вот, стерильное, безукоризненное небо. В такие дни — весь мир отлит из того же самого незыблемого, вечного стекла, как и Зеленая Стена, как и все наши постройки».

Но уже в начальных записях романа внимательный читатель обнаруживает вкрапления совсем другого стиля — метафорического и избыточного, восходящего к прозе символистов и Леонида Андреева (в герое заложена «червоточина» индивидуальности):

«Весна. Из-за Зеленой Стены, с диких невидимых равнин, ветер несет желтую медовую пыль цветов. От этой сладкой пыли сохнут губы — ежеминутно проводишь по ним языком — и, должно быть, сладкие губы у всех встречных женщин (и мужчин тоже, конечно). Это несколько мешает логически мыслить».

В середине романа (герой обретает индивидуальность, становится «я») этот цветистый стиль начинает доминировать:

«Раньше — все вокруг солнца; теперь я знал, все вокруг меня — мед­ленно, блаженно, с зажмуренными глазами…»

Наконец, в финале романа (герой теряет индивидуальность: утрачивает «я» и снова вливается в «мы») геометрически-проволочный стиль возвращается и утверждается настолько прочно, что рецидивам «символистского» стиля не остается места:

«Но на поперечном, 40-м проспекте удалось сконструировать временную Стену из высоковольтных волн. И я надеюсь — мы победим. Больше: я уверен — мы победим. Потому что разум должен победить».

5. Тайна ребенка

Все бы заканчивалось совсем мрачно и беспросветно, если бы не один, на пер­вый взгляд периферийный, сюжет романа и не одна реплика из «Записи 34-й». Дело в том, что Д-503 противозаконно «дал» (как сформулировано в «Записи 32-й») О-90 ребенка, а потом с помощью этот ребенок вместе с матерью был переправлен через Зеленую Стену за пределы Единого Государ­ства:

«…Вчера вечером пришла ко мне с твоей запиской… Я знаю — я все знаю: молчи. Но ведь ребенок — твой? И я ее отправила — она уже там, за Стеною. Она будет жить…»

Замятин неакцентированно дает внимательному читателю надежду: да, Д-503 в итоге потерпел в борьбе с Единым Государством сокрушительное поражение. Однако лучшее в нем, возможно, воскреснет в его ребенке за Зеленой Стеной.

6. Тайна дневника

Роман «Мы» часто именуют антиутопией, и это в общем справедливо, но, как кажется, помогает считывать лишь самые очевидные смыслы произведения и видеть в нем главным образом, по словам Замятина, «сигнал об опасности, угрожающей человеку, человечеству от гипертрофированной власти машин и власти государства — все равно какого».

Очень важно обратить внимание на другую жанровую особенность романа «Мы», а именно — на дневниковую форму, в которую заключено повество­вание. Определение жанра произведения как антиутопии не объясняет или почти не объясняет выбора подобной формы. Может быть, «Мы» — это мета­роман, то есть роман о попытке стать писателем? Взглянув на произведение под таким углом, мы сразу же заметим, что очень большое количество его фрагментов посвящены раскрытию темы написания текста. Более того, Д-503 саму жизнь, похоже, воспринимает как роман, как текст:

«И что это за странная манера — считать меня только тенью. А может быть, сами вы все — мои тени. Разве я не населил вами эти страницы — еще недавно четырехугольные белые пустыни».

«Что ж, я хоть сейчас готов развернуть перед ним страницы своего мозга…»

«И я еще лихорадочно перелистываю в рядах одно лицо за другим — как страницы — и все еще не вижу того единственного, какое я ищу…»

«Кто тебя знает… Человек — как роман: до самой последней страницы не знаешь, чем кончится. Иначе не стоило бы и читать…»

«Прощайте — вы, неведомые, вы, любимые, с кем я прожил столько страниц…»

«Тут странно — в голове у меня, как пустая, белая страница».

И не получится ли тогда, что роман «Мы» будет уместнее поставить не столько в ряд антиутопий («О дивный новый мир» Хаксли, «1984» и «Скотный двор» Оруэлла, «Хищные вещи века» братьев Стругацких и так далее), сколько в ряд ключевых для русской литературы ХХ столетия произведений, одной из глав­ных тем которых является писательство и попытка стать писателем («Дар» Владимира Набокова, «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова, «Доктор Живаго» Бориса Пастернака, «В круге первом» Александра Солженицына). Только во всех этих романах героям в итоге все же удается стать писателями, а в «Мы» — нет: «Я не могу больше писать — я не хочу больше».

Читайте также:  План рассказа Петька на даче Андреева 5 класс

7. Тайна Марселя Пруста

Не источником, но некоторым «исходником» для всех русских (и не только) метароманов о попытке героя стать писателем послужила семитомная сага Марселя Пруста «В поисках утраченного времени». Кажется, нет стилистически ничего более далекого от тягучей прустовской эпопеи, чем короткий и энер­гичный роман Замятина. Но именно Пруст первым в ХХ столетии поднял на новый уровень тему писательского творчества. Его главный герой Марсель всеми силами пытается задержать навсегда уходящее время и тем самым обре­сти бессмертие. Он пробует самые разные способы: например, ценой неимо­верных усилий сближается с древними аристократическими французскими семействами, которые кажутся ему самим воплощением времени. Только в последней книге под названием «Обретенное время» Марсель понимает, что лучший способ удержать время состоит в его подробнейшем описании — в его фиксации и консервировании. «Вселенная подлежит полному переписыва­нию» — вот ключевая фраза последнего романа Пруста и всей его саги.

Ставя перед своими «нумерами» задачу «составлять трактаты, поэмы, мани­фесты, оды или иные сочинения о красоте и величии Единого Государства», это Государство стремится обессмертить себя в слове. Однако в случае с Д-503 все идет по другому, непредусмотренному плану, так как писательство пробуждает в герое романа творческую индивидуальность.

Сочинение на тему: ЛЮБОВЬ В РОМАНЕ Е. ЗАМЯТИНА «МЫ»

ЛЮБОВЬ В РОМАНЕ Е. ЗАМЯТИНА «МЫ»

Роман «Мы» Е. Замятин написал в 1919 году. Время это было сложное, тяжелое. А будущее неясно и ту­манно. И изображая сверхразвитое общество далекого будущего, автор построил свое произведение, следуя канонам антиутопии. Это означает, что прогнозы писа­теля на будущее не содержат в себе особенного опти­мизма, а проблем у людей, показанных в произведе­нии, едва ли не больше, чем в нашем, гораздо менее благоустроенном, мире.

Общество, построенное Замятиным в романе «Мы», — это не просто Единое Государство, в котором живут счастливые люди. Это единый механизм, а люди там счастливы потому, что воля Государства превратила их в детальки своей машины и заставила работать. А в свободное время — ходить строем в прямом и перенос­ном смысле одновременно.

Здесь регламентируется, загоняется в рамки, под­чиняется четкому распорядку абсолютно все. Работа, прием пищи, подъем и отбой. И — искусство, личная жизнь, творчество. Все подгоняется под всемогущую Часовую Скрижаль.

На первый взгляд, в Едином Государстве невоз­можна любовь. Этому чувству не место среди одинако­вых, максимально унифицированных «нумеров». Лю­бовь беспорядочна, хаотична по своей природе. Явля­ясь продуктом беспорядка в душе, она еще и сильно расшатывает саму человеческую жизнь. А как быть, если все по часам? Ведь тогда человек неизбежно вы­бьется из распорядка, станет испорченным узлом. А в агрегате Единого Государства изношенные, сломав­шиеся детали не чинят. Их просто уничтожают, чтобы было неповадно портится другим.

Однако Единое Государство заботится о целостнос­ти своих «нумеров». И в качестве примера этой заботы главный герой романа Д-503 рассказывает о победе над двумя «владыками» прошлого — Голодом и Любовью. Голод был побежден, «нумера» вместо привычной не­когда пищи, выращенной на земле, получили нефтя­ную. «Естественно, что, подчинив себе Голод… Единое Государство повело наступление против другого вла­дыки мира — против Любви. Наконец, и эта стихия была побеждена, т. е. организована, математизирована, и около 300 лет назад был провозглашен нам историче­ский «Lex sexualis»: всякий из нумеров имеет право — как на сексуальный продукт — на любой нумер». Этот закон призван избавить Единое Государство от любви. Эмоции, чувства подменяются регламентом: вырабаты­вается каждому специальный Табель сексуальных дней, записывается на себя любой нумер и получается разовая талонная книжка.

Механизированность, математичность отношения Единого Государства к любви должна подмять это чув­ство под себя, превратить его из источника счастья и вдохновения просто в еще одну функцию организма, вроде еды или сна.

Д-503, рассуждая о существующем порядке вещей, уже был не совсем уверен в его правильности. Музыка Скрябина и первая беседа I-330 пробудили в нем фан­тазию и, как следствие, предрасположенность к сомне­нию. Может быть, Любовь и Голод казались Единому Государству врагами, с которыми обязательно нужно расправиться, однако сомнение — это противник, кото­рый намного опаснее. К концу романа государство го­товило широкомасштабное наступление на фантазию и на сомнение, которое произрастает из возможности представить себе иной порядок вещей взамен сущест­вующего.

В начале романа на Д-503 «записана» 0-90. «Милая О! — мне всегда это казалось — что она похожа на свое имя: сантиметров на 10 ниже Материнской Нор­мы — и оттого вся кругло обточенная, и розовое О — рот — раскрыт навстречу каждому моему слову. И еще: круглая, пухлая складочка на запястье руки — такие бывают у детей».

В некотором роде их отношения молено назвать если не любовью, то уж точно влюбленностью, особенно по искаженным и нечеловечески-машинным меркам Еди­ного Государства. Они вместе гуляют, Д-503 может на­зывать ее «милой», а 0-90 — испытывать легкую рев­ность (как в эпизоде первой встречи с I-330). Наконец, они пользуются своим правом на спущенные шторы в стеклянных домах внутри пространства, охваченного Зеленой Стеной — границей Единого Государства.

Отношения Д-503 и 0-90 со спокойной совестью можно назвать гармоничными, потому что гармония в основном подразумевает ту или иную разновидность порядка. Гармоничная любовь всегда спокойнее и рас­судительнее, нежели пламенная страсть, вроде вспых­нувшей между Д-503 и I-330.

Итак, Д-503 привязан к 0-90. Но если с его стороны это выглядит именно привязанностью и не более того, то женщина в главного героя влюблена по-настояще­му. Это выясняется не сразу, но зато потом мы видим своеобразную Джульетту Единого Государства, гото­вую на все. 0-90 даже хочет от героя ребенка. А рож­дение детей тоже регламентировано, и такой поступок может повлечь гибель обоих. Для 0-90 это не имеет значения: куда важнее сохранить в себе любимого че­ловека, оставить его рядом с собой даже вопреки неиз­бежной разлуке.

Самоотверженность 0-90 показывает, что Единое Государство еще носит в себе чересчур много челове­ческого, что чувства способны стать разрушительным оружием даже против порядков, которые не только приняты с рождения, но закреплены в генах. Любовь 0-90 ведет ее по запретным, невозможным для идеаль­ного «нумера» путям. Любовь и ревность едва не вы­тесняют из нее остатки здравого смысла: 0-90 вначале наотрез отказывается обращаться к I-330 за помощью. А ведь если выбраться за Зеленую Стену, то ребенок буде спасен. К счастью, здравый смысл берет верх, и женщина соглашается, чтобы из беды ее выручила соперница, разлучница, I-330.

Д-503 оказывается наедине с совершенно невоз­можным противником — с настоящей страстью, кото­рая и в более нелогичные времена была способна на­прочь лишить человека рассудка. Теперь же, когда ма­тематика пронизала все, он может только надеяться, что сможет сохранить себя.

Страсть — безумная и обжигающая, стремительно превращает идеального «нумера» в опаснейшую пато­логию, настоящую раковую клетку для Единого Госу­дарства. Страсть открывает ему глаза на окружающий мир, и от этого никуда не денешься. Состояние прозре­ния, в которое впадает главный герой, очень напомина­ет сумасшествие, и они родственны между собой — эти два состояния. Потому что нельзя замечать мир, кото­рый находится вне Зеленой Стены. Потому что глоток «ликера Единого Государства» — это крамола и пре­ступление, за которое карают смертью. Потому что об­манывать Единое Государство, сказываясь больным, — это зло, и нужно отправляться в Бюро Хранителей и выдать зачинщиков. А потом вполне возможно, само­му попасть под карающую руку Благодетеля.

В I-330 герой, очевидно, находит то, что ему было нужно на самом деле. Как-то не очень соответствовала 0-90 тому ее образу, который читался сквозь строки конспекта. При всей их математичности, записи героя пропитаны энергией и темпераментом. Любовь к I-330 становится просто призмой, преобразившей его энер­гию в новый вид. Он может оставаться математично-правильным «нумером», но способен валяться в ногах любимой женщины. И потом еще может пытаться ана­лизировать свои чувства и поступки. Только любовь способна порождать такие противоречия.

И только любовь заставляет Д-503 лгать Государст­ву. Изображать из себя больного, быть фактически сви­детелем против Благодетеля и Единого Государства — и промолчать… Стать человеком, зачавшим ребенка 0-90. Хотя этот ребенок был не санкционирован.

Очевидно, таким образом Д-503 искупает свою вину перед 0-90, страдавшей от того, что ее разлучают с лю­бимым. Этим ребенком Д-503 откупается от горечи, кото­рой было пропитано письмо к нему. «Я не могу без вас — потому что я вас люблю. Потому что я вижу, я понимаю: вам теперь никто, никто на свете не нужен, кроме той, другой, и — понимаете: именно если я вас люблю, я должна… Больше никогда не буду, простите… Больше ни­когда. Так, конечно, лучше: она права. Но отчего же, от­чего…» Он оставляет ей частицу себя, а потом, в момент опасности, помогает сохранить ребенка и жизнь.

1-330 сознает свою власть над героем и не упускает случая ею пользоваться. До самого конца романа оста­ются сомнения: а любит ли она Д-503 на самом деле. Или же просто он ей нужен для того, чтобы еще как-нибудь ужалить Единое Государство. Ведь она — одна из тех, кто не хочет быть «нумером», кто жаждет дав­но минувших хаотичных времен, кто не боится высту­пать с протестом. Даже если этот протест так губите­лен и бесполезен.

1-330 — сильная личность, умеющая безжалостно вторгаться в чужую душу и подчинять ее себе. Нимало не терзаясь, она разрушает привычный мир Д-503. Хо­тя можно найти аргумент и в пользу того, что она лю­бит этого человека по-настоящему. Будучи лишенной раболепной влюбленности в общественное устройство Единого Государства, I-330 понимает всю ущербность жизни главного героя И она стремится приучить его к полноценной и полновесной жизни — пусть даже це­ной немалых душевных мучений, которые приходится вынести Д-503. Это напоминает то самое заявление Единого Государства, которое мы встречаем буквально в самом начале первой записи конспекта главного ге­роя: «Если они не поймут, что мы несем им… счастье, наш долг заставить их быть счастливыми».

Из поступков и действий обеих сторон любовной интриги — между Д-503 и I-330 — можно без труда оп­ределить лидера и подчиненную сторону. I-330 не при­знает за главным героем права выбора, считая, что оно ему как бы не предоставлено (на самом деле Д-503 еще более подневолен, даже сильнее, чем в отношении Единого Государства). Во всяком случае, когда встает вопрос о выборе между личными и общественными принципами, герой отдает предпочтение последним. Хотя сам же удивляется своему поведению.

Любовь оказывается на поверку чуть ли не более жестоким пленом, чем регламент и правила Часовой Скрижали, особенно, если учесть, что государственный строй замятинского общества в принципе не признает оппозиции. Неважно, оппозиции ли одной личности, или же группы. Итог для протестующих всегда один — Машина Благодетеля или Газовый Колокол.

Д-503 в принципе неспособен быть свободным. Все- таки он чересчур предан законам Государства, и все его заявления о том, что ему не хочется излечиваться — просто словесная мишура: уйдя из одного плена, он уго­дил в другой. Тот новый плен — плен любви — оказался сильнее и только тем удержал Д-503. Если бы просто за­ставить его быть на своих позициях — ничего бы не вы­шло. Главный герой романа — это просто дичь. И охот­ница по имени I-330 вполне успешно эту дичь ловит.

Кроме того, автор усложняет ситуацию в романе, превращая любовный треугольник в квадрат. Глав­ный герой становится объектом жалости для Ю — женщины с «рыбьими» щеками. Жалость зачастую способна маскироваться под любовь, сопутствовать этому чувству, а порою и порождать его. Ю, прочитав трагичное письмо 0-90, начинает жалеть Д-503. Это порождает новые проблемы, потому что как раз Ю — типичный «нумер», который до мозга костей предан Единому Государству. Все ее чувства готовы отсту­пить перед интересами государственного устройства, что, в конечном итоге, однажды и случается.

Жалость к главному герою у Ю сопровождается материнскими чувствами. Это нормально, так как она, судя по всему, по возрасту старше героя. Сохранять его, беречь от всяческих неурядиц — вот та цель, ко­торую она преследует. Ю напоминает ангела-храните­ля, который призван следить за тем, как человек ис­полняет божественное предназначение, охранять его в благочестии и опекать, чтобы уберечь от свободы, да­же предотвратить всякие помыслы о ней.

Из жалости Ю готова даже «записаться» на Д-503. А между тем, герой не испытывает к ней никаких чувств. Во всех его записях сквозит либо полное безразличие, либо неприязненная невозмутимость. Она не нужна глав­ному герою. Ее материнские чувства с точки зрения Д-503, если судить по его записям, его не трогают.

Итак, несмотря на математическую точность и выверенность общества, изображенного Евгением Замятиным в романе «Мы», оно все равно сохраняет в себе ростки любви. Пусть это чувство объявлено побежденным, а его проявления со стороны «нумеров» выглядят болезнью, но все равно оно существует. И это позволяет говорить о том, что Часовая Скрижаль побеждена. Ее полное свержение — вопрос времени. Потому что остались еще в пределах Зеленой Стены люди, способные интересы человека поставить выше законов государства, способ­ные эмоциями, а не холодным интеллектом восприни­мать окружающий мир. В очередной раз Любовь будет торжествовать свою победу, и эта победа близка — пусть роман и завершается трагично для Д-503 и I-330. Любовь будет жить назло любым законам.

Ссылка на основную публикацию